Книга Венец из волчьих ягод, страница 207 – D. Scriptor

Вар болезненно поджал губы и прикрыл глаза. Медленно выдохнул, пытаясь перефразировать эту странную мысль, но никак не мог подобрать правильного слова. Он, правда, думал о любви, и это отдавало болью где-то на уровне сердца. Сильванна сказала, что никаких чувств и никакого будущего — только телесная близость. Но Варасса прямо сейчас с ужасом осознал, что ему нужны ее улыбки и мимолетные взгляды, ее смех, ее нежность. Нужна она.

— Варасса, — мягкий мужской голос выдернул его из размышлений, и принц поднял глаза на бесшумно подошедшего Мэриала.

— Отец, — Вар слегка кивнул головой, и король ответил тем же, слегка коснувшись его локтя.

— Прими мои поздравления, — Мэриал вымученно улыбнулся, глядя на окровавленный терновый венец. В светлых глазах застыла жгучая горечь. — Ты так красив, — он сглотнул боль, натянув улыбку еще шире.

— Спасибо, — Варасса коснулся руки отца в ответ и слегка качнул головой, умоляя не беспокоиться. — Вечер уже подходит к концу.

— Оно и к лучшему, — король свел брови к переносице, мельком оглянувшись. — Я видел, что произошло сейчас. Между тобой и Фаридом, — он вскинул руку, предубеждая возражения сына. — Я присутствовал в тот момент, когда шехзаде пришел просить у Каланты разрешение жениться на принцессе.

— Он осмелился на подобное? — Варасса и сам испугался своего голоса, чужого, яростного.

— Да. И меня беспокоит это, — Мэриал сжал локоть принца чуть сильнее. — За всем этим стоит не просто… страсть. Это что-то более глубокое, старое, как рана. Я знаю Фарида не один десяток лет, и… — король болезненно поморщился, словно сам не одобрял своих слов. — Шехзаде когда-то давно был одержим княгиней Аграфеной, — выдохнул он одними губами. Вар замер. — И сейчас он мстит ей за отказ. Я волен так полагать, — добавил Мэриал, покачав головой. — Я просто хочу, чтобы ты об этом знал.

— Он большее не посмеет, — Варасса утер кровавую каплю, стекающую к глазу. Отец вздрогнул. — Я об этом позабочусь.

— Наши женщины поразительно сильные и прекрасные, — король печально улыбнулся, и на его лице отразилась боль невосполнимой утраты. — Но иногда им нужна поддержка. Нужна наша сила, Вар. В самых редких случаях, потому что с остальным они могут справиться сами.

— Сами, — Варасса неосознанно нашел взглядом Сильванну, и грудь его наполнилась теплом.

Он знал, что принцесса способна перевернуть этот мир в одиночку, он чувствовал ее силу, видел огонь в ее глазах, слышал биение ее сердца. Вар смотрел на женщину, которая вырвала его из лап бесконечной тьмы, и осознавал, что никогда и ни за что не предаст ее, не променяет даже на свободу. Раньше принц жаждал разорвать тиски, чтобы познать мир, чтобы найти свое место, но сейчас самой своей душой он понимал, что его место рядом с Сильванной. Не как раба, но как союзника, как верного друга.

От этих мыслей сдавило грудь в сладкой неге, и Варасса силой оторвал взгляд от принцессы, потому что с каждой секундой становилось труднее дышать. Богини, да он сходит с ума. Или уже сошел. Вар бы не взялся сейчас утверждать хоть что-то, потому что ему в голову вдарило осознание — он помолвлен. Помолвлен с Сильванной, с той, от чьего присутствия у него звезды перед глазами плясали; с той, кто одним прикосновением могла разжечь его сердце и одним движением вывернуть наизнанку.