Книга Венец из волчьих ягод, страница 315 – D. Scriptor

Абсурдное желание вызвало на моем лице кривую улыбку. Волчья Княжна не впадает в отчаяние из-за мужчин, особенно из-за таких пустых, каким оказался Асен.

«Я буду любить тебя всегда, Ягодка».

Не будешь. И не любил никогда.

Я отрешенно посмотрела в сторону двери, за которой до сих пор теплилась магия Варассы, беспокойная, теплая, такая родная. Все мужчины одинаковые, и этот, дай ему волю, тоже предаст.

— Поди прочь! — озлобленно крикнула я. Клео осуждающе прищурилась, но я уже поднялась на ноги, желая выместить свою злость на единственном, кто этого не заслужил. — Убирайся!

Я резко распахнула двери. От резких движений моя ноющая боль стала сильнее и горячее. Варасса не отпрянул, когда я вылетела на него разгневанной фурией. Клео незаметно выскользнула прочь, видимо, не желая становиться свидетельницей моего безумия.

— Чего тебе надо? Поди со своей жалостью! Подавись ей, ясно! Мне ничего от тебя боле не надо! — я кричала, боги, как омерзительно я кричала, трясясь от неконтролируемого гнева, который вдруг поднялся внутри меня волной.

— Я буду здесь, — тихо повторил Варасса, глядя на меня исподлобья, как пристыженный щенок. Однако голос его был тверд. И это взбесило меня лишь сильнее.

— Нет, не будешь. Ты сейчас же пойдешь прочь, потому что я ни видеть, ни чувствовать тебя не хочу, — прошипела я, грубо ткнув пальцем в его грудь. — И ты подчинишься мне, слышишь?

— Нет, — Вар лаконично качнул головой, смерив меня каким-то особенным взглядом. А потом глубоко втянул носом воздух.

Я отшатнулась, когда на его лице отразилось понимание. Он учуял, учуял мою кровь. Боль обняла меня коротким спазмом, словно в издевательском напоминании. В моих глазах застыла паника, и все тело окаменело. Мужчина не должен видеть меня такой, никогда.

— Прочь, — прошипела я, вцепившись в дверной косяк.

Вар посмотрел на меня с такой мукой, что я невольно вздрогнула.

— Ее Высочество может воспользоваться лекарским даром этого мужчины, — шепотом сообщил он, говоря о себе в третьем лице.

Что-то внутри меня дрогнуло от этой несчастной покорности в его глазах. Он должен кричать, должен спорить, должен выяснять, почему я так отвратительно веду себя по отношению к нему. Но Вар, конечно, никогда не позволит себе подобного. И это разозлило меня еще сильнее.

— Мне не нужна помощь того, кто принес в мою жизнь дурные вести, — прошипела я, отступив на шаг.

— Ее Высочество может отрезать ему язык, — совершенно серьезно предложил Варасса. — Только не прогоняйте этого раба прочь.

Я едва не поперхнулась воздухом, глядя на него совершенно потрясенно. Этот глупый мальчишка решил, словно я отказываюсь и от него, и от всего, что между нами успело произойти за это время. Он стоял передо мной, опустошенный и почти принявший свою участь изгоя, и я слышала, как громко и тревожно билось его большое сердце. Он так сильно боялся стать брошенным.

Я тихо выдохнула и уже собралсь опровергнуть весь свой неоправданный гнев, когда низ моего живота словнно прострелило. Боль была резкой и неприятной. Я согнулась пополам, шепотом прокляв всю женскую участь на поколения вперед. Впрочем, боль исчезла так же неожиданно, как и появилась. Открыв глаза, я увидела широкую ладонь Вара, прижатую к низу моего живота. Принц сосредоточенно читал лекарские заклинания, полностью сосредоточившись на том, чтобы убрать всю мою боль подчистую.