Книга Венец из волчьих ягод, страница 54 – D. Scriptor

Пару мгновений принц просто смотрел на дверь, перекатывая на языке вкус данного ему обещания и надежды. Сильванна могла бы завтра в саду сказать ему о расторжении помолвки или обвинить в неподобающем поведении, пристыдить, но Варасса слепо тешил себя мыслями о предстоящей встрече, не двигаясь с места. Так и стоял, чувствуя пульсацию внизу живота.

Коснуться себя руками там было стыдно. Тянущее напряжение отзывалось болью, не думая ослабевать. Надеяться, что все пойдет самой собой, — глупо. Варасса прекрасно это понимал, беспомощно оглянувшись на спрятанную за ширмой комнатную купальню.

Холодные капли остудили разгоряченную кожу спины, когда он включил дождевую подачу воды. Халат и ночная сорочка остались лежать на полу, и принц даже не думал о том, что брызги попадут на одежду. Он расправил плечи и глубоко вздохнул. Ресницы его дрожали, руки были опущены вдоль тела. Не княжна она, колдунья. Варасса мотнул головой, прекрасно понимая, что вины Сильванны в этом нет, он сам дозволил этому случиться, сам пустил в голову эти мысли, пусть сам же с этим и разбирается.

Принц поднял руку, осторожно опустив ее на каменный член. И тут же отдернул ладонь, медленно выдыхая.

Мужчины Эголлы не смеют касаться себя, не смеют опускаться до похабных мыслей, не смеют предаваться животным желаниям. Варасса до боли закусил губу, почувствовав металлический вкус крови на языке, а перед глазами вспыхнул образ Сильванны, такой сильной, несгибаемой, яростной, как северный ветер. Принц мотнул головой, пытаясь прогнать эти видения.

На колени бы перед ней встать.

Член мелко дрожал, и Варасса до цветных пятен перед глазами зажмурил глаза, представив широкое бескрайнее поле Алианских земель на юго-востоке от Эголлы. Пару лет назад там шла ожесточенная битва с южанами, кровавая, страшная. Королева Каланта лично вела свою армию в бой, а Маут Гулам крушил вражеские отряды, не оставляя никого после себя. Тогда двадцатидвухлетний принц совершил свое первое убийство, пронзив противника мечом. И тогда же поклялся самому себе, что никогда боле не станет убивать.

— Мра-ак, — прошептал Варасса, медленно опустившись на сырой пол. Эрекция спала практически мгновенно, оставив после себя горький привкус неудовлетворенности. Если каждая встреча с Сильванной будет оканчиваться так, то принц Эголлы освободит титул раньше положенного.

Варасса хмыкнул, прижавшись обнаженной спиной к плиточной стене. Холодные капли все так же омывали его тело.

Полностью успокоиться мне удалось в нескольких шагах от своих покоев. У двери меня выжидал Гурьян, и я мысленно выругалась. Он был последним, кого я сейчас хотела видеть. Прежде всего, из-за стыда.

— Княжна, — воевода отвесил мне формальный поклон и прищурился. Я выдержала взгляд его серых глаз и расправила плечи.

— Караулишь меня? Спать бы шел, завтра еще день будет, — напомнила я, с раздражением понимая, что мой голос до сих пор был хриплым.

— Мне велено о вас заботиться, — немного жестко ответил он, втянув носом воздух. Чертова природа лумов, принюхивался к магии, которая меня окружала. — Ваша чернавка — болтушка, каких не сыскать.

— А ты и рад ее слушать, — буркнула я, сжав края рукавов. Гурьян нахмурился, взглянув на меня с осуждением.