Книга Солнце Мирлеи, страница 120 – D. Scriptor

Рэйн приглушил в комнате свет, выключил телевизор и как можно аккуратнее принялся убирать посуду со стола, стараясь не учинить лишнего шума. Унес тарелки и стаканы на кухню, для верности прикрыв дверь, чтобы шум воды никого не разбудил. Впрочем, тут же было принято стратегическое решение загрузить все в посудомоечный аппарат, который обнаружился у Талия, и бесшумный режим все сделает сам за себя. Рэйну осталось только сунуть остатки ужина в холодильник и убрать со стола пятно от морса, который Коралина случайно пролила, когда особо эмоционально комментировала фильм. Мужчина улыбнулся мыслям, вооружившись одноразовой салфеткой, и прокрался в комнату едва ли не на цыпочках.

В полумраке он разглядел только медноволосую макушку Коралины и, сделав все запланированные дела, тихо опустился на подушки, которые лежали на полу у панорамного окна. Отсюда открывался вид на парковый комплекс сектора Ши и далекие огни небоскребов. Рэйн прислонился к стеклу, обняв руками колени и положив на них голову. Замер, вглядываясь в торопливые отсветы ночного города. Сердце его отбивало глухой ритм, а губы до сих пор горели от недавних касаний. Рэйн спрятал улыбку в коленях, чувствуя, что щеки налились жаром. Он слушал позади себя мерное дыхание и весь изнутри наполнялся чем-то светлым, таким, что и словами не опишешь, только — еще более покрасневшими щеками и дрожью где-то на уровне живота.

Рэйн поднял глаза на свои руки, и кольцо, подаренное Коралиной, поймало отблеск какого-то света с улицы, отразив его, словно сияние звезд. Странные на Дукруте традиции, смешные — кольцо ведь снять можно в любой момент, потерять, забыть. Но Рэйн не снимет, не оставит, будет всегда носить, даже когда брачной меткой обзаведется. Эта мысль выбила из него судорожный вздох, и мужчина испугался, что если продолжит в том же духе — перебудит весь дом.

Он с опаской оглянулся через плечо, но никто так и не пошевелился, а из темноты раздавались сопение и тихие вздохи. Все слишком хорошо, чтобы к этому не привыкнуть. Рэйн дернул уголком губ, возвращая свой взгляд огням за окном. Ночевать в доме Талия ему нравилось больше, чем в служебном общежитии, хотя бы потому что здесь пахло почти так же, как в детстве. Рэйн давно забыл, как выглядел его дом в Корсакане до того, когда его забрали органы опеки. Последним, что он помнил, была кровь, которой были обляпаны полы и стены. Под красными пятнами, Рэйн почти был уверен, были такие же желтые подушки и зеленый ворсистый ковер. А может, было что-то другое, только теперь прошлое совершенно не важно. Он давно перерос тот период, когда цеплялся за все любое, что напоминало ему о доме. Пришла пора найти новый, и в этом не будет ничего страшного.

Коралина этому научила — видеть дом друг в друге, а не в старых вещах. И Рэйн видел свой дом в ней и Талии.

Позади раздался невнятный шорох и возня, словно кто-то вдруг решил подраться с одеялом. Рэйн вслушивался в звуки борьбы несколько секунд, пока проигравший не упал на пол, сдавленно шепча негодования. Мужчина предпринял попытку пойти и проверить, но Талий уже выполз на свет, щурясь на него сонными глазами. Вскинув брови, он подошел к окну, потирая ушибленный бок.

— Ты чего здесь? Не спишь, — хозяин дома широко зевнул, плюхаясь рядом, и Рэйн неосознанно отодвинулся, словно пытаясь соблюдать дистанцию. Слишком нелепо в реалиях последних событий, он и сам об этом догадался, а Талий непонимающе нахмурился. — Я постелю тебе в другой комнате.