Книга Тыквенная история, страница 8 – Аля Миррова

— Скорее, Китти, уже почти стемнело, — поторапливала она кошку, которая плелась где-то сзади.

Тем временем огонек уводил ее все дальше и дальше от дороги, от деревни, куда-то вглубь, к месту, где одиноко возвышалась старая водокачка, построенная тут еще в незапамятные времена. О’Брайн использовал ее для полива. Словно заколдованная башня злого волшебника, она высилась над лежащим вокруг полем. Место это считалось нехорошим, и сам фермер старался бывать здесь лишь при свете дня да в ясную погоду.

Но огонек, созданный Лиз, упорно стремился туда. Вдруг он исчез, рассыпавшись яркими искрами. Ведьмочка подбежала к этому месту. Там, чуть повыше остальных, на большом плоском валуне, вросшем в землю, куда волей судьбы забралась ее плеть, лежала та самая тыква.

— Идеально! — захлопала в ладоши Лиз, — лучше и не надо!

Она опустилась на колени рядом с этим импровизированным верстаком, достала из своего мешочка ножик для резьбы по дереву и принялась за изготовление фонаря. Рядом на камне лежало ее зеркальце, и Лиз время от времени поглядывала в него, сверяясь с рисунком. Она так увлеклась творчеством, что совсем не заметила, как туман целиком накрыл поле.

— Лизи, пойдем отсюда! Мне страшно! У меня каждая волосинка стоит дыбом! — жалобно мяукала Китти, пытаясь забраться ей на колени.

— Еще чуть-чуть, я почти закончила!

Лиз смахнула со лба прядь:

— Сейчас зажжём огонек и можно лететь домой. Надеюсь, Джеку понравится!

Она полюбовалась на готовый тыквенный фонарь, внутри которого теплился яркий огонек ее силы. А затем еще раз взглянула в зеркальце, чтобы сравнить результат с изображением, и почувствовала, как волосы на затылке встают дыбом.

Вместо улыбающейся нарисованной физиономии на нее смотрела страшная перекошенная рожа. Полусгнившая тыква, местами покрытая густой шапкой серой плесени, где-то провалившаяся и потрескавшаяся от времени, жутко щерилась выщербленным оскалом. Из уголка рта, словно слюна, капала гнилая жижа, а провалы перекошеных глазных отверстий горели зеленоватым призрачным светом.

Лиз медленно обернулась через плечо в надежде, что это лишь не в меру разыгравшееся воображение. За ее спиной стоял высокий худой силуэт. Тонкие плети конечностей, больше похожие на кости, обтянутые кожей. Заношенный старинный сюртук, местами подранный. Брюки и вовсе почти превратились в лохмотья. А то, что когда-то было добротными кожаными сапогами, сейчас просило каши, несмотря на лоскуты полуистлевшей ткани, которые не позволяли подошве окончательно отвалиться. Существо напоминало восставшего из могилы мертвеца, распространяя вокруг себя удушливую вонь гнилых овощей.

Громкое шипение Китти и ее утробный вой привели Лиз в чувство. Кошка стояла между ней и этим ужасным субъектом, выгнув спину и яростно завывая от ужаса. И тем не менее фамильяр всеми силами пытался защитить свою неразумную хозяйку, которая так торопилась сделать новую голову для Джека, что совсем позабыла выставить магический охранный круг! Непростительная глупость!

Лиз оглушительно завизжала так, что даже ее оппонент скривился от этого вопля, из-за чего его тыкву перекосило еще сильнее, а глаза вспыхнули, как два ядовито-зелёных фонаря, разгоняя туман и внезапно сгустившуюся темноту.

— Не ори! Оглушила! — раздался тихий глухой голос, напоминающий шорох осенних листьев.