Книга Рассказы горе-ведьмы. Тайна заколдованной колоды, страница 52 – Юна Пир

— Эй-ей-ей! Не горячись, деточка, – попытался успокоить её Вафля, – отпусти хозяюшку мою. Мы к тебе с миром пришли.

— Воры не приходят с миром, – удивительно ласково ответила нечисть, нагибаясь к коту и поглаживая его по загривку, – они забирают то, что им не принадлежит, а потом убивают…

И с последними словами Полуверица быстро схватила за загривок кота, собираясь высоко его поднять одной рукой и бросить о землю. Но она столкнулась с проблемой – поднять кота не получилось. Вафля будто врос в землю и злобно насупился.

— Гость гостю рознь, м-ми-илочка, – констатировал мой котейка, аккуратно извернувшись и полоснув когтём по руке девочки.

Та его отпустила и отошла на шаг. А я заметила, что кровь у неё похожа на болотную жижу.

— Мы за своим пришли, за тем, что принадлежит нам по праву. Это я отдал на хранение Кикиморе печать, а она отдала тебе. Так что мы не воры. И мы не просто хотим забрать, а обменять! – продолжил он.

— Обменять? – глаза Полуверицы алчно заблестели. – Покажь!

Кот кивнул мне, я осторожно сняла с плеч рюкзак и достала из него свои коралловые бусы в бордовом бархатном мешочке, бросила девочке.

Та ловко поймала, нетерпеливо развязала мешочек и высыпала содержимое на испачканную её кровью ладонь.

— Бусики?! Красивые, – очарованно воскликнула Полуверица, – мне нравится!

Девчушка прижала к груди новое сокровище, прошла мимо кота ко мне, бесцеремонно схватила меня за руку и чем-то острым оцарапала ладонь. Я вскрикнула, но отшатнуться не смогла, так как корни продолжали меня крепко держать за ноги. Девчушка жадными жёлтыми глазами указала мне на корни у дупла. Я посмотрела на кота, мысленно спрашивая разрешения. Он кивнул. Только тогда протянула кулак к дуплу и оросила своей кровью корни. Они будто задымились и выдавили из себя грязный свёрток. Я даже не поняла, откуда он появился – из земли или дупла. Полуверица шустро схватила свёрток и тоже прижала к груди.

— Но кто мне помешает забрать ваши бусики и оставить у себя печать? – недобро глядя из-под серых бровей, скорее констатировала, чем спросила она.

— Так ить я… – неожиданно раздался старческий голос поблизости, и из-за мёртвого дерева вышел старичок.

Ростом он был немногим выше кота, коренастый, в ватнике и смешных широких штанах в полоску, заправленных в кирзовые сапоги. На голове у него была видавшая виды шапка-ушанка из заячьего меха, одно «ухо» у которой чудно торчало вверх. Лицо старичка практически всё было скрыто за густой седой растительностью. Брови плавно переходили в окладистую бороду. Выделялся только большой мясистый нос. По его рукам я поняла, что дедушка ещё динозавров пас – кожа дряхлая, как пергамент, вся в мелких морщинках и пигментных пятнах. Однако рука крепко держала посох, который был в полтора раза выше его самого.

— Ты что ж, Агафья, тут фулюганишь?! К нам с добром пришли, гостинцы принесли, всё честь по чести, а ты? Ну-кась отдай, шта не твоё! – и стукнул оземь посохом.

Полуверица зашипела, оскалив мелкие, как иглы, зубы. Но грязный свёрток мне протянула, а я осторожно забрала. Старичок снова стукнул посохом, и корни отпустили мои ноги.

— Здравствуй, Хозяин леса, – припав к земле, поздоровался кот.

Интересно, он всех здесь знает? Я тоже поклонилась, совершенно не осознавая, кто передо мной.