Книга Дарующая нити, страница 44 – Тата Верная

— Если попытаешься исчезнуть и сбежать, то твоего любимого Харона посадят на долго за удержание в заложниках жены одного из влиятельных людей. Хочешь?

Я замотала головой. От страха у меня не получалось выдавить из себя ни звука.

— Будешь слушаться?

Кивнула. А по лицу текли слёзы.

— Ты отпустишь его, если я сделаю то, что ты хочешь?

— Да, моя маленькая и послушная девочка, — он развернул меня к себе и поцелуями убрал слезинки. А потом его рука скользнула вниз, пролезла под рубашку и начала ласкать грудь. Его губы накрыли мои требовательным поцелуем. Внизу живота начал подниматься жар, мысли куда-то стали уплывать. Его поцелуй становился всё более жарким, а ласки более настойчивыми. Мне так хотелось, чтобы он не останавливался! Да что со мной такое⁈ А потом он резко отстранился и произнёс:

— Хорошая девочка, понятливая, — он зарылся губами в мои волосы и застонал. Я опять вывернулась из его рук и прижалась к дверце.

Только сейчас я осознала, что я сижу в одной мужской рубашке и тёплых носках. Без нижнего белья, но завёрнутая в тёплое покрывало. И покраснела.

— Прости, маленькая, но пришлось снять с тебя эти вонючие тряпки. В них невозможно было различить твой запах.

Я покраснела ещё сильнее. Так меня ещё и лапали без моего согласия! А может, и ещё чего похуже. Я разозлилась. А потом ещё больше, когда услышала смешок Ивана и его слова:

— Ты прекрасна, когда смущаешься и злишься.

Я ничего не ответила и отвернулась к окну.

Иван

Почти шесть дней я сходил с ума из-за неизвестности, что с моей самочкой. Я не чувствовал её. Пустой эмоциональный фон как будто её вовсе не существовало в этом мире. Я метался по городу и окрестностям в поисках моей Мары, но всё было тщетно. Со мной был всё время Артур, которого я хотел приставить к Марине, и ещё Дэн, которого приставил ко мне Герман. У него был пистолет с транквилизаторами на случай, если мой зверь сойдёт с ума. А чем дольше длилась неизвестность, тем вероятнее становился такой исход.

А потом я услышал её боль.

— Она очнулась! — я ворвался в кабинет к Герману в самый разгар их с Лерой стонов. Меня даже не остановил разочарованный вздох Леры, когда Герман, рыча от злости, выпустил её из объятий.

— Значит, она где-то рядом!

Мы снова начали объезжать окрестности, хотя и не снимали наблюдателей по всем точкам в городе, где могла появиться Мара. Дня через два мне показалось, что я учуял её запах в деревне неподалёку. Мы явились в дом престарелой пары Вельчинских, но там никого не оказалось. Пока мы с Германом допрашивали этих двоих, наши люди аккуратно обшарили двор вокруг. Ничего. Но мой волк настойчиво говорил мне, что она в доме. Может, он ошибся, приняв запах липы за запах своей пары? По всему дому витал запах липы, которая росла в саду у самых окон дома. Только вот липа уже давно отцвела…

Оставив дежурить людей, я вернулся через полчаса в образе волка и пробрался в дом. Запах моей самки почти не ощущался. Но я чувствовал страх своей девочки. И зов её волчицы. Хозяева использовали много перца в еде, а это плохо сказывается на распознавании запахов у волков. А тут ещё эта псина и хозяин с ружьём. Пришлось убираться. И людей забирать, потому что на улицу высыпали немногочисленные жители деревни с ружьями. И бродили до рассвета, потрясая оружием и грозясь перестрелять всех волков.