Книга Тайна семицветных осколков, страница 12 – Ирина Осинская

— Как дела, блондиночка?

— Вашими стараниями — все хорошо. И меня зовут Есения. Есения Белова.

— Святозар Онежский, — кивнул, собственно, блондин, протягивая руку для пожатия.

— Амир Нагорный, — представился темненький и очень аккуратно пожал ладонь, словно боялся раздавить.

— Вот и познакомились, — удовлетворенно озвучил рыжик. — Предлагаю сначала пообедать, а уже потом готовиться к ночному дежурству.

Парни восприняли идею с энтузиазмом, а я понадеялась, что смогу раздобыть в столовой кофе. В больнице мне заботливо принесли восстанавливающий отвар, но для полноценной активности требовалась черная горечь.

Пока шли, я поглядывала на спины парней, гадая, какая у них специализация. Здесь, на границе, она не играла особой роли, но мне было интересно. Они-то слышали, что я реликвиар, а вот я пропустила процесс знакомства. Да и условное «распределение», кажется, сделали только ради меня. Об остальном, судя по уверенным лицам ребят, капитан успел рассказать отдельно.

Умом понимала, что здесь нет ничего обидного. Я целую ночь провалялась в больнице, а сослуживцы за это время успели все узнать. Но грыз небольшой червячок сомнений, а не намек ли это, что девчонке нечего делать не только в страже, но и на границе в целом?

С оборотня станется именно так поставить вопрос. У них было особое отношение к противоположному полу. Если верить источникам, то с женщинами двуликие обращались как с фарфоровыми куклами. Возможно, это связано с тем, что у них не рождалось девочек. Поэтому человеческих женщин, соглашавшихся на союз, возводили на пьедестал.

В общем, психология довольно интересная, но в моей ситуации крайне неприятная. Я хотела эту работу. Доказать самой себе, что справлюсь. Что не домашняя папина девочка, а взрослый и самостоятельный человек! И какой-то там оборотень со своими тиранскими замашками не сможет мне помешать!

— Есения, ты чего так злобно пыхтишь?

— Не злобно, а недовольно. Из-за этого нападения выпала из жизни и теперь ощущение, что успела многое пропустить.

— На самом деле ты ничего не пропустила. Нас сначала тоже оттащили в больницу — так, на всякий случай, а затем отпустили в общагу, поделившись сухпайками.

— Капитан же вроде сказал, что там есть столовая?

— Да, но она только для стражи. А мы на тот момент еще не были приняты. Собственно, сейчас впервые посетим это священное место.

После подобного признания мое негодование немного поутихло. И даже стало стыдно за эту внезапную вспышку гнева.

— Сень, — позвал Святозар, — капитан предупреждал, что первое время у нас будут проблемы с настроением. Это из-за близости Завесы. Раз в неделю нам нужно ходить к местному мозгоправу на проверки. Если почувствуешь, что не справляешься, лучше иди сразу.

— Спасибо за рекомендацию, — кивнула я, делая мысленную пометку следить за настроением и контролировать его.

Столовая общежития представляла собой небольшое помещение: всего на три длинных стола. Вдоль них стояли крепкие деревянные лавки. Раздаточная линия с двумя приветливыми женщинами. И небольшое окно, выходящее на стену соседнего дома. Кормили здесь просто, но сытно. На первое парням выдали наваристый рыбный суп, на второе гречку с мясом и овощами, и кофе с булочкой. Я ограничилась лишь кофе, чувствуя себя сытой после завтрака. Напиток оказался на удивление сносным, приятно прокатившись по языку и горлу, он полился прямиком в мозг.