Книга Тёмное сердце Белого озера. Книга 1, страница 119 – Мария Камардина

Зверь просто не пришёл.

Перед тем как лечь спать, Вирея слышала, как в коридоре Гэлхан вполголоса переругивается с Ансельмом. Она не стала выходить – не хотела ничего знать о том, что у её двери, возможно, дежурит охрана, а ей самой не рекомендуется покидать комнату. Если змеев горностай и впрямь связан с нею, как скоро от неё начнут шарахаться, как от ведьмы?

С утра ловушки в коридоре уже не было, но слухи успели разлететься. Женщины из вчерашней комиссии, собравшиеся в холле пансиона, хотя и ответили на вежливое приветствие, смотрели настороженно. Зато принц, появившийся на лестнице через минуту после неё, поздоровался громко и радостно, а потом и вовсе пошёл рядом, расспрашивая о здоровье Рионы, о её собственном самочувствии, о том, насколько типично для Ксантарского округа такое количество снега в самом начале зимы, о монастыре, о бале. Своим поведением он привлекал к ней ненужное внимание, и Вирее приходилось прилагать усилия, чтобы удержать на лице вежливую улыбку. Особенно сердиться не получалось, она откуда-то знала, что он искренне хотел её поддержать, но от ощущения, что взгляды всех окружающих прикованы к ней, ныли виски.

Дорожку, ведущую к мосту, явно пытались почистить от снега, но идти между выросшими по обеим сторонам сугробами выходило только по двое. Гэлхан шёл сразу за принцем, отставая на пару шагов, и в разговор не вмешивался. В утренних зимних сумерках Вирее показалось, что он снова не выспался, но оборачиваться и при всех уточнять, не сидел ли он под её дверью всю ночь, она не рискнула. К тому же он мог сказать «нет» – разве нормальный мужчина стал бы интересоваться той, к кому привязано существо, созданное магией смерти?

Да и само существо его интересовало больше.

Храм Утренней благодарности был одним из старейших зданий резиденции Исцеляющей длани и, несомненно, наиболее впечатляющим. Древние строители взяли за образец цветок лотоса: в центре девять громадных, белых с золотыми прожилками лепестков смыкались высоким куполом-бутоном, их окружали ещё девять полураскрытых, пониже и пошире. Лепестки третьего ряда выгибались наружу причудливыми арками, и под ними можно было разглядеть стены из материала, напоминающего светлый янтарь, гладкий и непрозрачный.

— Здания-лотосы в давние времена стояли по всей резиденции, – негромко проговорил Гэлхан, и Вирея обернулась одновременно с принцем. Жрец слабо улыбнулся. – Помните, ваше высочество, мы обсуждали восстание Чёрной Княжны и штурм? Большая часть зданий пострадала именно тогда.

Принц кивнул, а Вирея ощутила лёгкое сожаление. О старых зданиях она знала и даже видела на островах остатки огромных каменных лепестков. Но как же, наверное, красива была та, древняя резиденция, и как жаль, что нельзя на неё полюбоваться!

По невысокой, в десяток ступеней, лестнице они поднялись к дверям храма. Внутри под лепестками прятался витражный купол из тонких пластин всех оттенков мёда и золота. Витраж слегка светился: казалось, будто снаружи, прямо над храмом, встало солнце, несмотря на тучи и снег, который гости принесли с собой на шапках, плечах и ботинках. Теперь он таял, оставляя капли и лужицы, у входных дверей пол блестел, а возле арок, ведущих в молитвенный зал, был почти сухим – узорные плитки под ногами цветом и фактурой напоминали обожжённую глину, но лишнюю влагу впитывали без следа.