Книга Тёмное сердце Белого озера. Книга 1, страница 27 – Мария Камардина

— Замечательная девушка, – с энтузиазмом согласился принц, ставя размашистую подпись в бланке. – Дана Вирея, мы ведь увидим вас на балу? Я допустил бестактность и хотел бы загладить свою вину танцем. Вы же любите танцевать? Все девушки любят, я знаю!

Он прямо-таки светился доброжелательностью. Вирея не сразу нашлась с ответом – разъяснять все нюансы своего положения не хотелось, а говорить, что её зарплаты в пансионе не хватает на бальное платье, было просто стыдно.

— Я не держу на вас обиды, – проговорила она осторожно. – Танцевать мне нравится, но я не хотела бы отвлекать внимание вашего высочества от выбора невесты.

«Это точно буду не я», – вслух она этого не сказала, но он, кажется, понял.

И, кажется, обиделся сам.

— Ну что ж, – вздохнул он, – это и к лучшему, танцор я посредственный. Но тут со мной полтора десятка неженатых друзей – у вас тоже есть возможность сделать выбор по вкусу! Дан Гэлхан, а вы ведь не откажетесь от танца с даной Виреей? Вы обещали подавать мне пример, я помню! Вам обоим нравится история, уже есть тема, которую можно обсудить, – он помахал книгой. – А там, может, ещё найдутся общие интересы. Что скажете?

Вирея невольно встретилась взглядом с Гэлханом и поняла, что кое-что общее у них действительно есть.

Прямо сейчас им обоим хотелось, чтоб его высочество заткнулся.

Гэлхан не собирался шпионить. Всё вышло случайно: принц на обратном пути подобрал на лестнице шпильку с бусиной-цветком, предположительно принадлежавшую Рионе, кто-то должен был её вернуть, и повод остаться в одиночестве хотя бы ненадолго оказался таким соблазнительным, что удержаться не вышло. Был, конечно, императорский приказ, но что может случиться с наследником среди толпы телохранителей, слуг и приятелей?

Всё что угодно, разумеется – но не в ближайший час. Да и вряд ли от присутствия одного жреца что-то изменилось бы.

На лестнице он ненадолго задержался: просто встал у окна, глядя, как в свете фонарей несутся подгоняемые ветром снежинки. Пальцы сами собой начали перебирать чётки, в голове всплыли слова молитвы о душевном спокойствии, и Гэлхан позволил себе несколько минут стоять в тишине и ни о чем постороннем не думать. Знакомые фразы в воображении свивались в круги и спирали, сложным узором тянулись вверх, выплывали наружу, в метель, смешивались со снежинками и летели ещё выше, к самому небесному своду – прямо сейчас вполне уместно было представлять его хрустальным, твёрдым и звонким, как в древних мифах. Каждое слетевшее с его губ слово вплеталось в этот хрусталь, делая его прочнее, наполняя сиянием. А за сводом кружились на невидимых нитях планеты и звёзды, проворачивались прозрачные ледяные шестерни, распрямлялись и тут же сжимались пружины, двигались стрелки, звенели колокола – открой сердце их мелодии и уловишь частицу замысла Творца…

Как можно подслушивать, когда внутри тебя поют небесные колокола?

Очень спокойно и с ощущением гармонии в душе.

Чужое присутствие в тёмном коридоре перед лазаретом Гэлхан ощутил слишком поздно – одновременно с тем, как услышал за спиной стук каблуков. Его собственные ботинки ступали бесшумно, шёл он вдоль стены, и для того чтобы остаться незамеченным нужно было лишь шагнуть в сторону и скрыться за драпировкой, обрамляющей нишу с неразличимой в темноте статуей. Не самое достойное поведение, но тот, кто стоял у двери, тоже прятался – а обязанностей по распутыванию заговора с Гэлхана никто не снимал.