Книга Ремонт, магия и прочие неприятности, страница 40 – Надежда Цыбанова

Горничная побледнела, порылась в кармане передника и протянула небольшой серебряный футляр. Тар аккуратно открыл его и сравнил содержимое с частицами на раме.

— Та же самая пудра, – подтвердил он с видом эксперта. А я пока решила промолчать о том, что у простой горничной никак не может быть серебряного футляра для пудры. Разве что в наследство достаться. Да и то такую ценность таскать с собой в переднике не станут. – И, похоже, из той же партии. Совпадение? Не думаю.

— Ну? – Агнесса нависла над девушкой, словно грозовая туча. – Признавайся, куда дела сервиз?

Марта всхлипнула, опустилась на стул и, запинаясь, начала говорить:

— Я… я продала его перекупщику. Он платит хорошо, а мне нужно кормить семью… Простите, госпожа, я не хотела…

— Продала?! – Агнесса побагровела. – Да как ты посмела?! Это же фамильная ценность! Бабушка моей бабушки хранила его как зеницу ока! А ты его – на базар, как старую сковородку?!

— Постойте, – бесстрашно вмешался Тар, рискуя стать следующим объектом для гнева тещи мэра. – А как часто ты это делаешь?

Девушка потупилась еще сильнее, ее плечи затряслись от беззвучных рыданий.

— Хороший спектакль, – ровным тоном заметила я, и на кухне стало очень тихо. – Можно даже сказать – отлично отрепетированный. Бедная несчастная девушка, которая ради того, чтобы наскрести немного денег на еду для голодающей семьи, продает чужое имущество. Но не свое.

— Ты на что намекаешь? – Тар вроде ничего не делал, только плечами слегка передернул, а, кажется, в фигуре как-то раздался.

— Если бы она продала свой футляр для пудры, денег бы хватило на год, – я скрестила руки на груди, с вызовом смотря на горничную. Та в свою очередь полоснула по мне презрительным взглядом, полным злобы. И куда делась страдающая фиалка? – А она его в рабочей униформе таскает. Ни потерять, ни испортить не боится.

— Мне это бабушка перед смертью подарила! – взвизгнула наглая воровка. – Это семейная реликвия!

— Тем более, – расплылась я в коварной улыбке, – почему так наплевательски к наследству относитесь?

Утро у мадам Виртен и так не задалось, а тут еще и воровка упрямиться. Схватив половник, она грозно взмахнула им и процедила:

— А ну быстро говори, паршивка, сколько раз уже это проворачивала?! У меня-то работаешь недавно, а в других местах? Ты на меня глазками не хлопай, а получишь по лбу. И мне ничего не будет! Состояние эффекта!

— Аффекта, – шепотом поправил грозную воительницу с половником на перевес Тар.

— Ну да, – Агнесса нисколько не смутилась. – Говори!

— Несколько раз… – прошептала она. – Перекупщик приходит раз в месяц. Я показываю, что есть ценного, он забирает. Говорит, что это «работа для своих».

— Наводчица, – тихо произнес Тар, переглянувшись со мной. – Значит, в городе действует целая банда. И, похоже, они неплохо устроились.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

— И давно это продолжается? – строго спросила я.

— Около полугода, – недовольно скривилась Марта, будто все такие плохие обижают хорошую девочку. – Они угрожали, если я откажусь…

Агнесса, хоть и была в ярости, все же смягчилась:

— Ладно, – вздохнула она, отбрасывая половник в сторону. – Разберемся с этим позже. А сейчас верни сервиз!

— Я не могу, – всхлипнула горничная. Лезть с комментариями по ее игре я не стала. Сдадим ее властям и пускай они театральной постановкой наслаждаются. Наша задача найти украденое. – Он уже у перекупщика, а тот, наверное, его продал. Или разобрал на части – он иногда так делает, чтобы следы замести. Говорит, это «художественная разборка».