Книга Курятник в пентхаусе, страница 67 – Дарья Донцова

— М-м-м, – промычал Коробков.

— Тот, кто прописывает коту уколы, должен сам приезжать их делать, – вздохнула Ирина Леонидовна, – Альберт Кузьмич болен! А мы не самые глупые люди, но не способны ему инъекцию вкатить. Что делать?

— Отвезти бедолагу в лечебницу, – посоветовал Никита.

— Кот ненавидит машину, клинику, дорогу, – объяснила я. – Один раз, когда ему потребовалось сделать УЗИ, он такое устроил! Рина потом делала химчистку салона!

— А еще она купила ветлечебнице новое оборудование для кабинета диагностики, потому что то, чем ветеринары владели, кот разбил в прах, – засмеялся Иван Никифорович. – Альберт Кузьмич – хозяин нашего дома, твердой лапой наводит порядок, руководит Мози, Роки и всеми нами. Британец просто копия царя Алексея Михайловича Романова, того за кроткий нрав и редкую для самодержца любовь к людям называли Тишайшим. Но если Альберта Кузьмича по-настоящему разозлить, тогда получаем Ивана Грозного и Петра Первого в одной упаковке. Что сейчас и произошло!

— Как нам его уколоть? Придумайте! – взмолилась Рина. – Надя, Надя!

— М-м-м, – ответила Бровкина.

— Иди сюда скорей, – попросила хозяйка.

Иван Никифорович посмотрел на часы и покинул столовую. Я поняла, куда он торопится. Время девять вечера, у мужа, как всегда, совещание с руководителями бригад в регионах.

— Надя, Надя, ты где? – продолжала звать Ирина Леонидовна. – Ау!

Мне стало не по себе, я поспешила в кухню и увидела Бровкину, сидевшую на полу.

— Что случилось? – ахнула Рина, которая шла следом, она кинулась к домработнице.

— Надюша, тебе плохо?

— М-м-м, – простонала помощница по хозяйству, – м-м-м!

— Скажи нормально, – попросила мать Ивана.

— М-м-м, – опять раздалось в ответ.

— Сейчас, сейчас, сейчас, – засуетилась Рина, – секундочку.

Она схватила меня за руку, вытащила в столовую и зашептала:

— Речь пропадает при инфаркте мозга!

По моей спине ледяными лапами пробежала стая невидимых мышей.

— Инсульт! – испугалась я.

— Спокойно, сейчас все лечат, – еле слышно произнесла Рина. – Беги во второй подъезд к Игорю Федоровичу, он осмотрит Надю и вызовет «Скорую» из своего центра. Давай, живо!

Забыв снять тапки, я бросилась к соседу, известному неврологу, профессору Лебедеву, владельцу огромной больницы. Не прошло и пяти минут, как мы оказались у нас дома.

— Добрый вечер, господа, простите мое явление в пижаме, – извинился доктор, – Танечка не дала одеться, как следует, поэтому вы лицезреете меня в домашнем виде. Что случилось?

— Игорь, – зашептала Рина, – беда, инсульт!

— Ваня? – спросил профессор.

— Нет, Надя, – всхлипнула Ирина Леонидовна, – речь потеряла.

— Где больная? – осведомился Лебедев.

— На кухне, – ответила я.

Игорь Федорович быстрым шагом направился в нужном направлении, мы все ринулись за ним.

— Оставайтесь на месте, – велел врач.

Нам пришлось вернуться к столу.

— У моего дедушки мозговой удар случился в шестьдесят пять лет, – вдруг заявила Риччи, – доктора сказали: он не выживет.

— Не уверена, что нам сейчас нужна такая информация, – заметила Дюдюня.

— Но он не умер, – продолжала девушка, – только умом помутился.

— Ты просто мастер оптимистичных рассказов, – пробурчал Никита.

— Это все до моего рождения случилось, – не умолкала Риччи, – дедуля поправился, но начисто забыл, что женат на бабушке. Когда ему показывали свидетельство о браке и паспорт, он только смеялся: