Книга Забвение, страница 48 – Анастасия Пименова

— …Что ты сказала? — его голос срывается, будто слова застревают в горле.

— Ты всё прекрасно слышал, — шепчу я, не отводя взгляд. — Меня укусили. Там, внизу. И я не хочу… не хочу стать одной из них.

Парень молчит слишком долго, но я не предпринимаю попыток за это время вырваться, понимая, что пока это бесполезно.

— Покажи, — наконец говорит он хрипло.

Я отворачиваюсь, сжимаю губы.

Зачем? Хочет сказать что-то язвительное напоследок?

Аксель отпускает, продолжая загораживать путь к смерти.

Я слегка отползаю и вытягиваю одну из ног, ту самую, где красуется относительно свежий укус.

Аксель тянет руку и касается укуса. Его пальцы задерживаются на опухшей, воспалённой коже.

— Не трогай, — я отдергиваю ногу, хотя понимаю, что если у него нет открытой раны на пальцах, то он не сможет заразиться.

— Чёрт… — глухо выдыхает он. — Чёрт, Брайс…

— Вот именно. Поэтому отпусти меня, — голос у меня срывается. — Дай мне закончить это по-своему.

Я впервые вижу Акселя… таким. Его взгляд не колкий, не колючий, каким я привыкла его видеть, а абсолютно другой — опустошённый, но при этом цепляющийся за каждую секунду.

— Нет.

— Нет? — переспрашиваю я, думая, что ослышалась.

— Нет, Брайс, — теперь его взгляд меняется. Возвращается злость, очень много злости. — Пока ты сидишь здесь и разговариваешь со мной, пока смотришь на меня своими глазами, ты жива. Ты это ты. И если есть хоть малейший шанс… хоть капля возможности что-то сделать…

— Да, как ты смеешь?! — мой голос срывается.

Мы поднимаемся с ним синхронно.

Я замахиваюсь, чтобы ему врезать, но он перехватывает руку.

— Не тебе решать! Я хочу умереть человеком, а не дожидаться, пока стану безумной.

Взгляд скользит к краю здания, и я всё же принимаю рискованную попытку прорваться.

Ударяю ногой Акселя, блокирую следующий удар и делаю обманный маневр, срываюсь и… почти. Очередной резкий рывок, и парень отрывает меня от земли, оттаскивая в сторону, к выходу, и прижимает к стене.

— Первый раз встречаю человека, который так отчаянно желает встретиться со смертью, — шипит он.

Не вовремя думаю о наших фальшивых именах, понимая, что вот она… безумная вещь.

— Я и так уже мертва, Аксель! Как ты не понимаешь?

— Нет! Повторяю ещё раз для особо одаренных, Брайс. Ты дышишь. Твое сердце бьется. Ты осознаешь всё это. И ты продолжаешь сопротивляться. А это всё значит лишь одно. Ты жива.

— У безумных тоже бьется сердце, — шепчу я и разрываю зрительный контакт. — Забыл?

Тишина вновь заполняет собой окружающее пространство, лишь ветер прерывает её.

Я злюсь. Но сейчас и боюсь. Да со мной происходит… даже описать не могу.

Чёрт с ним! Я всё равно сделаю это, как он не понимает. Да и чего он ждет? Сам бы уже застрелил меня, а чтобы не тратить пулю, то дал бы это сделать.

Я не понимаю Акселя.

Все эти мысли оставляю при себе.

— Сколько прошло?

— Часов десять, — отвечаю я, а он выдает напряженный кивок.

— Значит, время ещё есть.

Я могу лишь грустно усмехнуться.

— Время для чего? Ты полагаешь, что кто-то изобретет вакцину и чудесным образом доставит в Веллингтон? Извини, но чудес не бывает.

Аксель не отвечает. Наверное, сам не знает, для чего это сказал.

— Отпусти. Я не спрыгну.

— Не спрыгнешь?

— В ближайшие пять минут. Дам и себе, и тебе передышку.

Парень качает головой, но отпускает, оставаясь рядом.