Книга Забвение, страница 54 – Анастасия Пименова

У другой машины тоже самое.

— В таких машинах всё завязано на электронике. Даже открыть двери без питания сложно, повезло, что их не заблокировали перед тем, как уйти. Но… — я достаю один из инструментов, что валялись под стойкой, — можно попробовать перебросить питание от вспомогательного блока. Обычно в салонах хранили тестовые батареи для проверки систем. Если они где-то здесь — шанс есть. И я его упускать не собираюсь.

— Откуда ты знаешь, где здесь банально находится аккумулятор? — спрашивает Аксель, указывая на мои руки, что все в пыли.

— Потому что у меня была точно такая же. Только цвет другой.

Аксель выгибает бровь, когда я возвращаюсь за стойку и думаю о блоках.

Я шарю рукой под стойкой менеджера, смотря на мусор.

Нахожу тяжёлый кейс. Серый, с облупившейся наклейкой. Сердце стучит быстрее, когда я открываю его.

Внутри лишь маленький блестящий блок. На вид, как переносной аккумулятор для запуска систем. Я поднимаю его и сдуваю пыль. Должно подойти.

Почти бегом возвращаюсь с кейсом в руках и сажусь на пол, подключаю провода. Клеммы встают на место, как будто ждут этого. На панели приборов вспыхивает слабый, но настоящий свет.

Я едва не взвизгиваю от восторга:

— Видишь?! Живой!

Аксель качает головой, но его усмешка теперь иная — чуть мягче.

— Ладно, признаю. Впечатляет. Но не обольщайся. Мотору от этого ещё не легче.

Сажусь за руль.

— Сначала — питание, потом всё остальное, — шепчу я и вставляю ключ.

Сердце замирает в груди, а секунды растягиваются.

Щелчок. Тишина. Потом тихий гул, словно машина просыпается после долгого сна. Я сжимаю руль обеими руками, чувствуя, как под кожей рвётся что-то вроде надежды.

И вот он…

Тот самый приятный звук, словно спокойное журчанье… Я не знала, что лишь из-за звука можно на мгновения вернуться в прошлое, но именно это со мной и происходит.

Когда ты впервые садишься за подобный автомобиль, такое не забывается. Никогда. Это воспоминание врезается в память, оставляет там свой отпечаток.

Мои руки касаются руля, проводят по коже, и я почти слышу голос Ника рядом:

— Чувствуешь?

Да.

— Да, я чувствую.

— Так понимаю, ты хочешь, чтобы твоя последняя прогулка была с ветерком? — голос Акселя возвращает в реальность.

Я перевожу на него взгляд, замечая искреннее удивление и неверие.

— Моя — да. Твоя — не последняя.

— Что ты имеешь в виду?

Вместо слов я проделываю тоже самое с другим автомобилем, правда там приходится повозиться, даже долить относительно свежее масло в двигатель. Хотя, у него ещё даже срок годности не истек.

Когда и вторая машина оказывается заведенной, то я покидаю салон и возвращаюсь к первой, складывая руки на груди.

— Прокатимся?

— На двух?

— Да. Я на одной. Ты на другой.

Аксель усмехается и уже направляется в сторону McLaren.

— Думаешь, догонишь, Брайс? — спрашивает он напоследок.

— Не только догоню, но и сделаю тебя, Аксель!

Я возвращаюсь в салон и пристегиваю ремень безопасности, отмечая, что это уже и необязательно в моей ситуации.

Нажимаю на педаль газа, чувствуя рев мотора и то, как машина начинает медленно катиться по разбитому стеклу, словно по треснувшему льду.

Дворники уносят пыль с лобового стекла, и вдруг мир кажется живым, почти настоящим. Мы выезжаем на пустую улицу, и рев моторов эхом отдаётся в мёртвых стенах домов. Лишь безумные реагируют, мимо которых мы проносимся, оставляя их позади.