Книга Грань безумия, страница 24 – Анастасия Пименова

— Прости? За что именно, Ник? За то, что не писал? Или за резкий отъезд? Или то, что я вижу тебя сегодня здесь… Случайно. Ты вообще планировал возвращаться?

Эйфория от его возвращения немного поутихла, но поднялась злость.

Я складываю руки на груди, смотря на то, как Николас продолжает… смотреть на меня, всё ещё не отпуская футболку, которую я не спешу принимать.

— За всё, Шоу. Прости за то, что оставил тебя тогда.

Он делает полшага навстречу, когда его слова ранят меня еще сильнее, чем пощечина, которую он получил минуту назад.

Оставил…

Николас вздыхает, его взгляд становится тяжелым.

— Я провел всё это время в частной клинике, — начинает объяснять он. — Ты же помнишь, каким я был в детстве… болезненным. Отец кое-что придумал, когда у меня случился ещё один приступ, только более серьезный, — в детстве у него могло обостриться что-то из болезней, иногда он даже в больницу из-за этого попадал. — Сначала он меня перевез в одно место, но там моё состояние ухудшилось, и я даже в кому впал, поэтому и не мог с тобой связаться. После меня перевезли в другое место, где и помогли. Через несколько месяцев я пришел в себя и думал тебе написать, но… боялся, что уже поздно. Ведь столько времени прошло.

— Лучше было бы написать. Незнание всегда пугает страшнее всего остального, Ник.

— Сейчас я уже это понимаю, а тогда — нет, — я всё ещё продолжаю неотрывно следить за ним, всё больше убеждаясь в том, что этот Ник… немного другой, отличающийся от того, который сохранился в воспоминаниях. Он даже стоит по-другому… — Лекарство, что мне начали давать, постепенно стало помогать и сначала избавлять от боли, а после и излечивать корни проблем. Я полностью вылечился пару месяцев назад и, как видишь, изменился. — Сглатываю ком, вставший в горле. Слова Николаса звучат правдиво, но от этого не легче. — Хочу, чтобы ты знала правду, Шоу. Чтобы понимала, что я не исчез просто так, без причины. И… я хотел тебя увидеть, прилетел только сегодня. Собирался заехать завтра перед началом учебы…

— Ты возвращаешься в школу?

— Да.

Молчу, обдумывая всю услышанную информацию.

Он никогда прежде не врал мне. И я помню его в тот день, когда видела в последний раз перед его отъездом. Ник был слишком бледным, даже болезненно-бледным, и ушел он посреди урока, практически выбежав из класса. Я тогда вышла за ним через минуту, но в коридоре школы не обнаружила. Он словно… испарился.

— Вылечили от всех болезней? — переспрашиваю у него, цепляясь именно за это. — Как такое возможно, Ник?

— Отец нашел тех, кто создал кое-что особенное. То, что могло помочь и помогло.

Я выдаю медленный кивок, будто это всё объясняет, хотя на самом деле ещё больше думаю об этом.

Возможно, когда ты богат, то тебе открываются иные дороги, недоступные простым смертным.

Воздух кажется мне всё ещё тяжелым, а от атмосферы мурашки так и продолжают блуждать по телу.

Изучаю его лицо, пытаясь найти хоть малейший признак неискренности, но вижу лишь усталость и искреннее раскаяние. Новые черты, проступившие в его облике, делают его более взрослым, более… опасным. Исчезла та мальчишеская угловатость, которую я помнила.

— Что это за лекарство? — вырывается у меня. — Что… оно с тобой сделало?

— Это неважно, Шоу, — спокойно отвечает парень передо мной. — Важно то, что я здесь, и я здоров. И я хочу все исправить. Знаю, что причинил тебе боль, и мне очень жаль. Но я надеюсь, что ты сможешь меня простить.