Книга Грань безумия, страница 51 – Анастасия Пименова

Как только мужчина договаривает, то черный экран сменяется помехами. Я пробую переключить на другой канал, и там то же самое.

Сердце бешено колотится в груди, а в животе скручивает от нарастающего чувства тревоги.

Что вообще происходит? Что это значит? Что за "дальнейшие распоряжения"? Кого не впускать?

Беру телефон и понимаю, что сеть так и не появилась. Папе даже пробовать дозвониться бесполезно.

Взгляд касается двери, а после окна. Я даже думаю, что это чья-то очень плохая шутка, но таких масштабов… это невозможно.

С дрожащими руками подхожу к окну и выглядываю на улицу. Все кажется обычным: деревья раскачиваются от ветра, листья кружатся в воздухе. Никаких признаков чего-то необычного.

Людей на улице практически нет.

Я задерживаюсь взглядом напротив дома соседки и замечаю, как изнутри качнулась штора. Похоже, миссис Прескотт решила следовать всем указаниям.

Медленно, словно во сне, я направляюсь к двери и закрываю ее на все замки. Задергиваю шторы на окнах. Не знаю, что происходит, но лучше перестраховаться. Закрываю дополнительно дверь на замок и с запасного выхода, после чего возвращаюсь на диван, на который забираюсь с ногами.

Я не стала отключать телевизор, хоть теперь там только пугающие помехи, ведь могут объявить что-то ещё. Объяснить хотя бы, да?

Мой взгляд касается настенных часов, и я думаю о том, что папа должен вернуться часов через пять. Но раз такая ситуация, то должен раньше. Только, как он узнает об этом объявлении? На телефоне связи нет, а телевизора в сервисе у них нет.

Каждая минута ожидания тянется неимоверно долго. И чтобы хоть как-то отвлечься, я отправляюсь в ванную, решая набрать воды именно в неё саму. Да, возможно, это глупо, но там было сказано "запастись водой". Как они это себе представляют при условии не покидать дома?

Пока она набирается, я лихорадочно соображаю, что еще можно сделать. Продукты. Нужно собрать все нескоропортящиеся продукты в одном месте. Консервы, печенье, сухари. Этого должно хватить на какое-то время.

На какое-то время? О чем я только думаю.

Когда ванна набирается, то выключаю воду, думая, насколько этого примерно должно хватить.

Нахожу консервы, которые складываю на кухне на столе, и возвращаюсь на диван.

Неожиданно помехи на экране сменяются шипящим звуком, а затем и голосом. На этот раз женским.

— Это говорит оператор экстренной службы. Подтверждаем предыдущее сообщение. Ситуация критическая. Пожалуйста, оставайтесь в своих домах. Не подходите к окнам. Не открывайте двери ни при каких обстоятельствах. Сообщения о передвижениях подозрительных лиц или активности сообщайте… — голос обрывается, и снова… помехи.

От этих слов мурашки бегут по коже.

Да что вообще происходит?!

Ладно. Вот сейчас мне ещё страшнее, из-за чего я перестаю соображать и что-либо понимать.

Я просто жду, пока вернется мой отец.

Час.

Два.

И спустя пять часов он так и не стучит в дверь.

Встаю с дивана и спускаюсь вниз, в подвал, чтобы подойти к папиному тайнику и достать оттуда пистолет.

Я беру его в руки, ощущая непривычную тяжесть и проверяя количество пуль. Всё ещё помню, как перезаряжается, хоть давно и не тренировалась.

С ним возвращаюсь обратно, оставляя внизу винтовку.

Что мне делать? Оставаться дома и ждать? А как же папа? Вдруг… вдруг что-то случилось?