Книга Межгорье, страница 104 – Юлия Устинова

Сейчас в моих мышцах нет ни малейшего намека на спокойствие. Все, от чего меня штормит уже не первую неделю, усилилось до такой степени, что я боюсь сорваться.

Я сижу в полумраке комнаты и жду девушку, которая превратила мою жизнь в кладбище единорогов.

Она не воспринимает меня всерьез.

Его — да, ему она в рот готова смотреть, ловить каждое слово, разговаривать с ним, улыбаться ему, танцевать, сидеть с ним в японской бочке…

Завтра же спалю ее. Налью в сраную купель бензин и спалю к херам. А еще лучше сам туда залезу.

Нахрена это все? Нахрена, если я ей не нужен?

От злости сердце подскакивает и пульсирует где-то в горле.

Я не просил всего этого!

Чувствую себя больным. Вернее, физически со мной все в порядке, но внутри такое творится, что хоть на стену лезь.

Ненавижу ее.

И его ненавижу.

Живот скручивает от ревности.

Если он ее хоть пальцем…

Кровь приливает к голове, стоит только представить их вместе.

Злой как черт, я сжимаю зубы. Еще немного, и они превратятся в зубной порошок.

Я не первый день безуспешно пытаюсь убедить себя, что ни одна дырка для траха не стоит всех этих мучений. Но она… Конечно я хочу ее, только есть и нечто другое, что посильнее похоти. Это дерьмо душит меня, когда я вижу Вику рядом с отцом, не дает спать по ночам и поднимает волну странного тепла в груди, когда она рядом. И сейчас, стоит только услышать ее легкие шаги, как внутри все сжимается от предвкушения.

— Снова незваные гости, — произносит Вика, щелкнув выключателем.

— Ты долго, — я жмурюсь от яркого света.

Ее даже не удивляет мое присутствие. И меня греет мысль, что, возможно, Вика рассчитывала на мой визит.

Я вижу на ней халат и хмурюсь. Он такой огромный и плотный, что фигуру девушки не различить. Но даже в нем она выглядит так, как будто только что трахалась — меня все в ней возбуждает.

Мне известно, что на чердаке лежит целая упаковка таких халатов. На них тот же вышитый логотип, что и на полотенцах, которыми мы пользуемся.

Мой отец — очень практичный человек. И такой, сука, заботливый.

— Если ждешь ужин, его не будет. Твой отец сказал, что сегодня вечер самообслуживания. Так что… — Вика устало пожимает плечами.

— Он тебя трогал? — в упор смотрю на нее.

— Что?

Я пристально разглядываю ее лицо, особенно губы, гадая, добрался ли он до них сегодня.

— Отец… там на улице… он прикасался к тебе?

Вика раздраженно качает головой.

— С чего бы ему это делать?

— С того, что он тебя хочет. Я же не слепой.

— Хочешь обсудить твоего отца? — огрызается девушка.

Сердитая, она подходит к стулу и развешивает свою мокрую футболку, спрятав под ней что-то крошечное и черное.

— Нахрен его… — вылетает у меня. — Ты без трусов, да? — догадываюсь, что именно она засунула под футболку. — Почему ты ходишь по дому с голой задницей?

— Потому что сняла белье в ванной, все мокрое, врубаешься? — психует Вика. — И, вообще, что ты тут забыл? Мне не нравится, что ты приходишь сюда без приглашения.

— Так пригласи меня.

— Обойдешься, — огрызается в ответ.

— Пригласи меня и попроси остаться до утра, — хрипло повторяю я.

— Что-нибудь еще? — говорит она с сарказмом.

— Да. Ты достала там стоять. Вот твое место — на моем члене, — хватаю себя через штаны за привставший член. — Садись, не бойся. Я тебя не укушу… Сразу.