Книга Развод и девичья фамилия, страница 19 – Харли Напьер, Глория Макова

Это было как удар ножом в сердце. Как предательство. Мы должны были пройти этот путь вместе. А она все решила за нас.

Поэтому я и решил свалить из родного города и оказался на Пхукете, с одним рюкзаком и похуизмом по отношению к своей дальнейшей судьбе.

Второй раз был ничуть не лучше первого. Я встретил Соню на пляже, точнее так она думала, когда плакала там в одиночестве. На самом деле, я приметил свою печальную соседку из дома напротив куда раньше. Но никак не решался подойти. Меня манило к ней. Было в ней что-то от той тоски, которую я и сам испытывал. Постепенно она открылась, доверилась мне. Но… Сердце ее было занято. Она была влюблена в своего будущего отчима. Я все бросил, пролетел тысячу километров, желая быть с ней рядом, поддержать и помочь пережить его свадьбу с ее мамой. Да только из френдзоны так и не выбрался. Сгорал от желания, мучился от неразделенной любви и в итоге пошел на хер. Она выбрала его, они счастливы, а я… вновь вернулся на остров.

Спрашивается, зачем мне вообще этот геморрой после всего? Но, вашу мать, не мог я спокойно играть в волейбол, видя как тот здоровый мудак, изнывается над худенькой и невысокой Катей.

Она была так потеряна, так напугана, и я не смог пройти мимо. С какого-то хрена мне уже и не хотелось, чтобы она возвращалась к нему. Поэтому сделал все, чтобы она переехала к Лиле.

Теперь же я напрягся. Так как внезапно Катя стала волновать меня и интересовать как женщина. А это очень херово. Если меня заклинит, то всё повторится опять. Она вернется к своему мужу после отпуска, а я здесь буду сидеть и копаться в себе, мечтая сорваться и забрать ее к себе.

К херам все это. К хе-рам. Но как же охрененно на ней сидит моя футболка…

— Проходи. Можешь чувствовать себя, как дома, — выдал сущую банальность, уверенно распахивая перед растерявшейся девушкой дверь своей холостяцкой норы.

— У тебя один диван? — настороженно спросила она.

Меня это позабавило. Было в ней что-то наивное и детское. Взрослая же женщина, а краснеет как подросток.

— Да. Я буду спать на полу.

Другая бы на ее месте, предложила лечь вместе, скажем, под разными одеялами. Но все мы знаем, чем такое “лежание” в итоге заканчивается. Была бы она одной из девчонок из бара, я бы легко и сам предложил подобный вариант. Однако с ней не хотел заходить дальше, понимая, что она не на один раз.

— Можно я воспользуюсь душем?

Бля-я-я, ну и зачем она это сказала? Мало мне сегодняшнего приключения, после которого я не мог отделаться от запаха и тепла ее кожи? Теперь еще буду представлять, как она там голая стоит под горячими струями воды. А маленькие капельки стекают по небольшой упругой груди…

— Да, конечно, — выдал ровным тоном, доставая чистый комплект постельного белья из шкафа и попутно беря свою чистую футболку. — Можешь надеть ее.

— Да мои вещи вроде высохли.

Надень ее уже! Мне нравится, когда ты в моих шмотках ходишь.

— Как знаешь, — пожал равнодушно плечами.

Катя ушла в душ, а я принялся быстро застилать кровать и убирать по местам все то, что лежало не там, где ему положено.

Когда она вышла, я, стараясь на нее не смотреть, тоже прошмыгнул в ванную. Там долго стоял под прохладными каплями, пытаясь усмирить свое воображение и взбунтовавшиеся гормоны. Более-менее освежив голову, натянул майку и шорты. В комнате было темно, лишь тонкая полоска света пробивалась сквозь приоткрытый балкон, откуда доносились голоса и гул мопедов.