Книга Ценнее времени, страница 60 – Алисия Райт

— А этого я не обещала, — пробубнила я с набитым ртом. Не слишком вежливо, но мы и не в ресторане.

— Кто смотрит фильм без вкусненького? Хочу мороженого.

— Ну так сходи и купи.

Илонка надулась, словно малое дите и отпихнула тарелку от себя.

— Кому мама деньги вчера давала, а? — не унималась сестра. — Опять со своим Андрюшкой все прогуляла?

— Ой, успокойся, — вздохнула я. — И ничего я не прогуляла. Схожу за твоим мороженым. А ты пока посуду вымой и фильм подготовь.

— Ого! А может, еще и полы вымыть? — Илонка скрестила руки на груди.

— А может, и вымой, — улыбнулась я, подмигнула ей и выскочила в коридор.

Не успела я отойти от подъезда и пары шагов, как меня окликнул знакомый голос. Знакомый, но не желанный…

— Толик? — обернулась я и уставилась на подходящего ко мне парня.

— Еще раз привет.

— Преследуешь что ли? — я сузила глаза и сделала демонстративный шаг назад.

— Конечно нет. Я по делам тут.

Поди деловой какой. И дела именно в моем дворе…

— Юрий Семенович дома?

— Нет его. И где он не имею ни малейшего понятия.

— И когда вернется не знаешь?

— Не знаю, — с холодностью в голосе ответила я.

— Эх, — выдохнул парень, наступая на бордюр и проходя по нему словно пятилетний ребенок. — Сказал вечером подойти, дело говорит срочное, а самого нет.

— Ну, может еще не достаточный вечер? — с долей сомнения и долей иронии отметила я. — Жди, раз срочно.

— А ты куда-то шла? Занята?

— А я тут при чем?

— Нет, ни при чем, просто, может, со мной подождешь? А Анастасия Васильевна дома? — он уставился на свет в наших окнах…

Замечательно, он уже знает, как зовут мою мать. Просто чудно.

— Нет ее. Илонка только дома. Сестра моя, — на всякий случай поясняю я, хотя что-то мне подсказывает, что ему уже известно кто это.

— Понятно. Значит, домой не пустишь.

Он не спрашивал, скорее констатировал факт.

И я вдруг поняла, что мы вовремя с ним пересеклись. Ведь приди он на пару минут позже, когда я уже ушла в магазин, то дуреха эта мелкая точно бы впустила его в квартиру. Да уж… Оставлять его с Илонкой нельзя. Он, конечно, не кажется подозрительным, да и знакомы мы как никак давно, но, как говорится, береженого бог бережет.

Я обошла парня и села на скамью у подъезда.

— Если говоришь, что отец сам попросил тебя прийти, то должен скоро подойти.

Толик широко улыбнулся и сел рядом.

— Спасибо за компанию. Нет, ты не подумай, если у тебя дела, то я не стану задерживать… Один подожду.

— Ладно уж, — отмахнулась я. Илонкино мороженое никуда не денется, подождет.

Из подъезда вышла тетя Нюра, за ней, на поводке, бежала рыжая Каша, виляя хвостиком и норовя обнюхать каждый цветок.

Соседка окинула меня и Толика подозрительным взглядом.

— Светка, — остановилась она перед нами. — Домой бы шла, а не по лавкам сидела. Не хватало застудить чего!

— Так лето же, — пряча смущение за улыбкой, ответила я.

— И? Нечего ерундой заниматься. Ишь, молодежь пошла, сидят тут, знаешь ли… — женщина продолжала говорить, пока Каша утягивала ее все дальше по улице.

С Толиком мы просидели не больше двадцати минут, когда, наконец, на горизонте показался отец.

— Анатолий, — он пожал руку парню. — Как раз о тебе вспоминал. Пойдем, ты же завтра в Москву возвращаешься, заберешь с собой кое-какие документы. Заверенные, — с прищуром усмехнулся отец.