Книга Жених на 2 недели, страница 111 – Алла Биглова

Я замолчал, и между нами повисла неловкая пауза.

— Ты не хочешь съездить куда-нибудь поесть?

— Поехали. — Ева махнула рукой. — Всё равно тебя переспорить невозможно.

— Есть вещи, где я готов идти на компромисс или и вовсе уступить, — кивнул я, а затем закончил мысль: — Но есть и, напротив, вещи, с чем я не смогу смириться.

Ева

Видеть море дважды за один сезон было непривычно. Вдвойне непривычно смотреть за его приливами и отливами прямо с балкона. Богдан взял номер неприлично близко к воде и с отличным видом. В этот раз — однокомнатный.

Со всеми достоинствами Богдана у него был очень сильный недостаток: если он уверен в своей правоте, его невозможно переубедить. Мы несколько раз поругались на тему совместного бюджета, и я так и не смогла настоять на своём. Удивительно, он был готов к компромиссам во всём, мы легко находили общий язык, но всякий раз, когда разговор шёл о деньгах, его ответ был непоколебим.

Мой комментарий в стиле: «Неужели ты не видишь во мне партнёра?» парень отбил короткой фразой: «Я не буду видеть в себе мужчину, если возьму у любимой женщины деньги».

Постепенно я начинала привыкать. Сначала было страшно, но я быстро успокоилась: он ведь не лишал меня работы, источника дохода. У меня вмиг появились собственные деньги, и теперь я думала, как их потратить.

Привыкала к новой реальности.

Поведение Богдана ставило меня в тупик во многом. Он был бизнесменом, но не таким крупным, как мой отчим. И их отношение к женщинам было противоположным. Отчим экономил каждую копейку на моей матери, лишил её работы и сделал домохозяйкой. Я боялась повторения, поэтому сражалась за независимость.

Но, как оказалось, я не с тем сражалась. Богдан не претендовал на мою независимость, напротив он разгрузил меня от кучи обязанностей. Первое время это было невероятно страшно, но вскоре я начала понимать весь кайф подобной жизни.

И готовить по желанию и вдохновению оказалось в разы приятнее, чем потому что я должна, так надо, и «без меня семья умрёт с голоду».

Чтобы окончательно отпустить ставшее ненавистным прошлое, я приехала туда, где всё началось. Ильдар хорошо постарался, желая посадить своего старика. Я, наверное, сама бы не рискнула, не подала бы в суд за домогательство и попытку изнасилования. Мой сводный брат же сделал многое: нашёл девушек, которые пострадали от отчима; собрал документы и нужные материалы; нанял адвокатов и, наконец, запустил дело.

Быть одной из жертв для меня оказалось морально гораздо легче, чем быть единственной. Не поймите меня неправильно: и то, и то ужасно. Но легче быть в толпе девушек, которые говорят о насилии, одной из; чем единственной, которой могут ещё и не поверить.

Мама тоже начала свой бракоразводный процесс. И я была за неё счастлива куда больше, чем в день, когда она сообщила, что выходит замуж. Даже поздравила её с освобождением.

— Повтори это, когда у меня наконец будет девичья фамилия, — с усмешкой на губах заметила она.

Мой приезд с Богданом мама никак не прокомментировала. Даже не спрашивала, вместе ли мы или нет. Поняла всё по нашим взглядам, по его отношению ко мне, по моему к нему.

Останавливаться в том самом доме, ставшем ненавистным, я не стала. Согласилась с Богданом, не стала спорить. Мне не хотелось туда возвращаться. Туда, где я годами страдала от неприятных нападок ужасного мужчины. Туда, где чуть не случилось то самое страшное.