Книга Жених на 2 недели, страница 78 – Алла Биглова

Богдан

Фраза, что она хочет только секса со мной, но никак не отношений, больно ударила по моему самолюбию. Не сразу получилось взять себя в руки. Тем не менее мы сразу же поговорили, и в разговоре выяснилось, что это не совсем правда: Ева очень боится отношений.

Не выдержал и поцеловал её так, как никого и никогда не целовал. Вовремя отстранился, пока не зашёл слишком далеко.

Ева уставилась на меня шокированным взглядом.

— И всё? Продолжения не будет?

Теперь настала моя очередь удивляться её прямолинейности.

— Нет, прости. Не после того, что с тобой чуть не случилось… — Я сделал паузу, пытаясь сформулировать мысль правильно. — Сама знаешь где.

Ева внимательно уставилась на меня, некоторое время молча глядя мне в глаза. Не мог отвести взгляда.

— Ты всё пытаешься сделать правильно, — наконец заговорила она. — Но, пойми, нет «правильно» в отношениях. Есть только то, как хочется сейчас. Мы живём в моменте. Будущего ещё не существует, прошлого уже нет.

— Ты права, — нехотя согласился я. — Но я так не могу.

Ева пожала плечами. Спорить не стала. Оставила меня наедине с мыслями, ушла в свою комнату.

Понимал, что Ева права. Сел в кресло, уронил лицо в ладони. В какой момент загоняться начал я? Сначала это делала Ева, теперь я.

Неужели мне не стоило предлагать ей притворство, а предложить ей начать отношения сразу?

М-да. Притворство до добра не доводит.

Спать Ева тоже легла одна. Гордо не позвала меня к себе, очертив границы. Не думал, что будет настолько неприятно и одиноко одному в кровати. После двух недель, когда мы спали вместе.

Проворочался полночи, ненавидя себя за принятое решение. Зачем и кому нужны эти правила? Ну начали бы мы отношения с секса, кому бы было хуже? В них и так уже были поддержка, забота, внимание и чувства.

И вообще начинать отношения с притворства — это окей, типа отлично, а с секса — прямо всё, конец света?

Столько я мыслей за эту дурацкую ночь передумал, пока окончательно не отрубился с рассветом.

Снилась мне тоже всякая хрень, но на утро я себя успокоил тем, что раз снилась, значит спал.

— Хочешь заехать к маме? — после всех сборов, зевая, уточнил я.

— А можно?

Я чертыхнулся, услышав эту гениальную реакцию.

— Почему нет? — осторожно спросил я, но, видя её реакцию, поспешно добавил: — Забей на все эти установки, давай просто к ней съездим. Когда ты ещё её увидишь?

— Это говорит мне человек, который отказался со мной спать, — проворчала она.

Парировать мы могли ещё долго, но вместо этого я закатил глаза и промолчал. Должен же кто-то закончить это первым.

Забрал вещи, на ресепшене, рассчитался за номер. Ева шла за мной следом и молчала. Видимо, ей тоже наскучило пререкаться.

От нашего отеля до дома было не такое большое расстояние, да и пробок, что удивительно, тоже не было. Что не скажешь о дороге домой — навигатор показывал не самый приятный маршрут по серпантину. Хорошо, если поздно вечером будем дома.

Заехал на участок. Ева вышла из машины, а я не стал. Я здесь был на птичкиных правах. Учитывая, что мы честно признались, что всего лишь притворялись. Забавно, я предполагал, что мы к концу поездки станем официальной парой, но сам же затормозил. Испугался? Струсил?

Или в голове включились странные и никому ненужные стереотипы.