Книга Пожалеешь, что изменил, страница 35 – Лу Берри

В моей голове всё окончательно встало на свои места. Я понял, что независимо от того, простит меня Тома или нет, видеть Ольгу рядом с собой я попросту не хочу.

— Оль, с таким отношением к детям тебе стоит хорошенько подумать о том, а нужно ли заводить собственного. Может, лучше сделать аборт, пока ещё не поздно, — проговорил я после паузы.

Она отшатнулась, словно я её ударил. Возмущенно задохнувшись, выпалила:

— Ты сейчас серьёзно предлагаешь мне избавиться от нашего ребёнка из-за этих…

Ольга осеклась, но было поздно.

— Из-за этих кого, Оль?

— Я не это хотела сказать.

— Да ты сегодня много чего сказала. И, пожалуй, впервые я тебя действительно услышал. Собирай вещи и уходи.

Несколько секунд она ошеломлённо смотрела на меня.

— Ты меня выгоняешь? Из-за них? Родик, я беременна от тебя! Ты же говорил, что мы попробуем быть вместе!

— Попробовали, — отрезал я. — И мне понадобилось всего несколько дней, чтобы окончательно понять одну вещь: даже если ты останешься последней женщиной на земле, ты мне не нужна.

Она побледнела, а глаза почти сразу наполнились слезами.

— Это всё Тома, да? Она тебе написала? Позвала обратно? Поэтому ты решил избавиться от меня?

Я коротко усмехнулся.

Если бы.

Вчера первым написал как раз я и по ответам жены довольно быстро понял, что возвращаться ко мне Тома вовсе не собирается. Более того, особого впечатления мои запоздалые откровения на неё, похоже, не произвели.

Кстати, тогда же меня ожидало ещё одно неприятное открытие. Открыв чат с Томой, я заметил пропущенное сообщение.

«Сегодня мальчишек от Лёхи забираешь ты».

Она отправила это ещё в пятницу, но, видимо, сообщение затерялось среди рабочих уведомлений, и я его попросту не увидел. Зато потом искренне разозлился на Тому за то, что она якобы не удосужилась меня предупредить, и даже сообщил об этом мальчишкам.

Получалось, она предупредила. Это я не заметил. А потом весьма удобно записал собственный промах на её счёт.

За последние дни у меня и в самом деле было много озарений.

— Тома тут вообще ни при чём, — сказал я Ольге. — Она меня никуда не звала.

— Тогда почему? Я же люблю тебя! Я ради тебя столько всего сделала! Я даже с детьми твоими пыталась…

— Вот именно. Пыталась. А сегодня предложила отправить их к матери, потому что тебе надоело их кормить.

— Они меня довели! — выкрикнула она. — Понимаешь? Довели! И я не могу поверить, что в этой ситуации ты не на моей стороне, что защищаешь их, а не меня и нашего будущего малыша! Не могу поверить, что ты и правда хочешь меня выгнать!

— Просто я тебя не люблю, — легко сорвалась с губ правда. — И никогда не любил.

Ольга резко замолчала, уставившись на меня расширившимися глазами. А потом глупо икнула, что начисто уничтожило весь драматический эффект от её речи.

Со стороны гостиной донесся приглушённый смешок, а следом кто-то тихо шикнул.

Я прикрыл глаза.

Ну разумеется.

Судя по всему, два мелких диверсанта всё это время находились неподалёку и не пропустили ни слова. Да и к сегодняшнему состоянию Ольги наверняка приложили руку.

Злиться на них за это, впрочем, совсем не получалось. Методы мальчишки выбрали весьма сомнительные, но результат оказался на удивление полезным.

Именно они окончательно привели меня к тому решению, которое следовало принять уже давно.