Книга Пожалеешь, что изменил, страница 9 – Лу Берри

Несколько секунд я смотрела на неё, пытаясь понять, действительно ли услышала то, что услышала.

А потом снова рассмеялась — на этот раз уже с откровенным презрением.

— Вы сейчас серьёзно думаете, что я разрешу своим детям общаться с ребёнком какой-то шлюхи?

С лица Ольги мгновенно исчезло самодовольное выражение.

— Следи за языком!

— А то что? Запретите мне дружить с вами семьями? — я взяла сумочку и поднялась из-за стола. — Переживу как-нибудь.

— Ты ещё пожалеешь, что сейчас так со мной разговариваешь! — бросила она мне вслед.

Я даже не обернулась.

Из ресторана я вышла слишком быстро и только на улице поняла, насколько сильно дрожат руки.

Прошла вдоль здания, свернула за угол и остановилась возле витрины какого-то закрытого магазина. Мне требовалось хотя бы несколько минут, чтобы просто прийти в себя.

Я медленно вдохнула. Потом ещё раз.

Внутри было мерзко. Больно. И до невозможности стыдно.

Причём стыдно почему-то оказалось едва ли не сильнее всего остального.

Я ведь действительно поверила.

Поверила, что Родион захотел провести со мной вечер. Что вспомнил о нашем ресторане. Что ему вдруг захотелось побыть со мной вдвоём — не обсуждать мальчишек, покупки, дом, счета или его работу. Просто посмотреть на меня и вспомнить, что я не только мать его детей, домохозяйка и бесплатный консультант по вопросам бизнес-аналитики.

Я решила, что он вспомнил обо мне как о женщине.

И обрадовалась этому настолько, что помчалась по магазинам. Купила новое платье. Туфли. Больше часа провела перед зеркалом, укладывая волосы и делая макияж. Явилась сюда раньше времени и сидела за столиком в предвкушении свидания, которое муж даже не думал мне назначать.

Господи, какая же я дура!

Я повернулась к витрине и увидела там собственное отражение.

Лавандовое платье, аккуратно лежащие на плечах волосы и яркий, но не пошлый макияж. Только лицо было бледнее обычного, а глаза — растерянными и злыми одновременно.

Я смотрела на себя несколько секунд, а потом расправила плечи.

Платье мне действительно очень шло, и выглядела я прекрасно. Этого у меня никто не отнимет. Я была и оставалась красивой женщиной, а если мой муж умудрился об этом забыть — это его проблема.

Я простояла возле витрины ещё несколько минут, постепенно успокаиваясь. Дыхание выровнялось, дрожь в пальцах почти прошла, а вместе с ней начала возвращаться способность нормально соображать.

И вот тогда в голову пришла одна простая мысль.

С какой стати я вообще должна была верить этой женщине?

Я задумчиво нахмурилась.

В самом деле.

Какая-то неизвестная мне женщина выманила меня в ресторан с телефона Родиона, заявила, что больше года спит с моим мужем, сообщила о беременности — и я должна принять всё это за чистую монету только потому, что она говорила достаточно уверенно?

Доступ к его телефону у неё действительно был. Это факт.

Всё остальное пока оставалось исключительно её словами.

А проверить их можно было только одним способом.

Я отошла от витрины и сделала несколько шагов назад, пока из-за угла снова не показался вход в ресторан.

Словно по заказу, двери «Белла Нотте» открылись, и на улицу вышла Ольга. Она остановилась у входа, достала из сумочки телефон и что-то быстро набрала.

Я смотрела на неё всего пару секунд.

Потом поправила сумочку на плече и направилась обратно.