Книга Призраки, любовь и прочие безумства, страница 62 – Джози Силвер

— Он – правнук Ллойда. Боюсь, он генетически предрасположен быть напыщенным шутом. – Айзек безрадостно смеется.

Я замечаю, как дрожат его руки, когда он тянется за блокнотом и ручкой, лежащими на столике.

— Я подумаю над списком, – говорит он и с тяжелым вздохом откидывает голову на спинку кресла, закрывая глаза. – Хорошо, что вы появились, Мелоди. Мне так долго приходится ждать, чтобы проблема решилась.

Пока он отдыхает, я разглядываю его с отчаянной надеждой, что смогу распутать эту тайну. И не для того, чтобы Донован смог продать дом, а ради троих братьев, застрявших между двумя мирами, из-за преступления, не раскрытого больше века. Мне довелось повстречать множество призраков, вполне счастливо существующих среди живых. Взгляните хотя бы на моего дедушку, к примеру: у него счастья полные штаны, ведь он навечно привязан к своей спальне и моей бабушке. Однако братья Скарборо – совсем другое дело. Они стали невольными пленниками дома на Бримсдейл-роуд из-за нерешенных дел, и ни один не будет знать покоя, пока это не изменится.

Когда я впервые переступила порог особняка, в воздухе отчетливо ощущалась затхлость и ленивая враждебность, вызванная годами затворничества безо всякого общения с живыми людьми, если не считать попытки их напугать. Мое появление и наверняка появление Лео вызвало у братьев настоящий всплеск адреналина. Мы можем их видеть, можем с ними разговаривать, и благодаря нам сегодня в доме чувствуется новая атмосфера: в воздухе потрескивает возбуждение.

— Постараюсь вернуться за списком позже, – бормочу я и, хотя призраки не спят, тихо крадусь по захламленному полу к выходу.

Когда я закрываю за собой дверь, раздается скрип чердачной лестницы, затем на маленькой верхней площадке появляется Флетч.

— Снова разговаривала с феями? – спрашивает он, засовывая руки в карманы джинсов.

— Ни с кем я не разговаривала, – отвечаю я, чтобы его позлить.

— Я слышал твой голос.

— И что мне сказать, Флетч? Что я разговаривала с призраком? Разве ты мне поверишь?

— Можешь начать с объяснения, почему назвала меня по имени в коридоре.

— А ты сам не понял?

Я машинально давлю на кнопку «Сарказм», поскольку даже отсюда чувствую запах его кожи, неожиданно сексуальный. Причудливая смесь весеннего леса и позднего вечера в дорогом баре: кожаные сиденья, специи и свежий апрельский дождь.

— Потому что находишь меня неотразимым, – кивает он.

— Подловил, – пожимаю плечами, прекрасно осознавая, что из-за тесноты лестничной площадки мы стоим ближе, чем обычно. – Ты прямо бог секса, Флетч. Я с трудом удерживаюсь от того, чтобы тебя не облапать.

Он прислоняется спиной к стене рядом с дверью на чердак, точь-в-точь как самый крутой парень школы. Я чувствую себя подростком.

— Ты и сама чертовски горячая для лживой, коварной охотницы за привидениями, Биттерсвит.

Я таращусь на него, ошеломленная, он таращится на меня. От его ответа я на мгновение теряю дар речи: он обрушился на меня из ниоткуда, как молния в ясном голубом небе.

— Что ж, рада, что мы все прояснили, – говорю наконец, стараясь быть суперкрутой, хотя на деле звучу супернелепо.

— Это не отменяет того факта, что я не буду спать спокойно, пока не выживу тебя из города.

Голос у него скучающий, однако блеск в зеленых глазах выдает правду. Флетч адски сбивает меня с толку, поэтому я вновь прячусь за сарказм.