Книга Рыжая и кактус возмездия, страница 73 – Маргарита Блинова

— А я тебя в дренаж отправлю! — набычился умник, но угроза так и повисла в воздухе, аки пыль в солнечных лучах.

К спорщикам подлетела вся такая злая и бодрая от фирменного пойла я.

— Вы совсем обезумели? Сейчас же вся улица проснется от ваших криков.

И точно. Через пару домов от нас со злодейским скрежетом распахнулась балконная дверь. Послышалось величественное шарканье тапок, и на улицу неторопливо, точно сонное привидение, выплыла старуха Джонсон.

Она сложила руки на перилах и пронзила нас отрепетированным на внуках взглядом. Этот взгляд парализовал желание бедокурить, отправлял в глубокую кому мысль о сопротивлении, а в лучшие годы мог останавливать армии.

Нерд нервно сглотнул — видать, тоже задетый натиском мощной старческой энергии. Взломщик стоял, как статуя. Даже кот в переноске заткнулся и не смел жаловаться этому миру на несправедливость своего заточения.

Старуха разлепила тонкие губы, уже утратившие цвет, и многозначительно обронила:

— Милочка…

Все. Ей и говорить-то больше ничего не пришлось. Я уже сгорала от стыда и молила Предков о снисхождении. Например, о глубокой яме, которая разверзнется у меня под ногами прямо сейчас.

— Да-да, ребята уже уходят, мы будем тише. Доброе утро. Извините, — скороговоркой выпалила я, не забывая заискивающе улыбаться.

Старуха Джонсон одарила нас еще одним убийственным для воли взглядом, медленно развернулась и величественно вплыла в свои апартаменты. Балконная дверь осталась намеренно открытой, как бы намекая, что, невзирая на сквозняк и возможную простуду, немолодая женщина бдит и чутко ловит каждый наш звук.

Я еще какое-то время стояла, приходила в себя и по инерции глупо улыбалась, а потом улыбка медленно покинула губы и превратилась в грозный оскал.

— Что вы тут делаете? Мы же разошлись и решили больше никогда не встречаться, — зло прошипела я, разворачиваясь к пришибленным спорщикам. — Как вы вообще нашли мой адрес?!

Нерд пожал плечами.

— Я вытащил твой бумажник и запомнил адрес с визитки магазина.

— А я обворовал Алика, когда мы расходились, — сознался Взломщик, вытаскивая бежевое портмоне, которое подарил мне дед на прошлые новогодние праздники.

Всемилостивые Предки, почему вы лишили этих двоих стыда и угрызений совести, а мне отсыпали двойную порцию?!

— Эй, Рыжая, — постучал по моему плечу Громила, едва я вырвала кошелек из цепких пальцев ворошки.

— Не сейчас, Дрейк, — отмахнулась я, чувствуя, как мелко-мелко дергается мускул в уголке рта. — Не сбивай меня с настроя совершить мысленное двойное убийство.

Нерд со Взломщиком украдкой переглянулись, кот вновь проявил признаки недовольства существованием в переноске, а Дрейк заметил:

— Кто-то вышиб замок. Я просто хотел, чтобы ты была в курсе.

— ЧТО?! — закричала я на всю улицу.

Из квартиры старухи Джонсон послышалось недовольное «кхе-кхе», но я его проигнорировала. Бросившись вперед, обошла Дрейка и бесстрашно ступила в книжный мир.

Кто посмел? Порву на кусочки!

Окинув взглядом зал и убедившись, что тут все, вроде как, на местах, я устремилась к лестнице, ведущей наверх. Прогромыхала обувью, сунула голову в гостиную, уловила певучее дребезжание и ринулась в кухню.

Там с видом хозяина сидел побитый Тони и гремел ложечкой.

От чашки поднимался парок, запах свежего кофе волновал рецепторы и звал присоединиться. Но я проигнорировала это желание. Сперва разборки.