Книга Некроманты Поляриса. Дилогия, страница 158 – Маргарита Блинова

Стоп! А что будет со мной, если новоиспеченный муж скончается раньше срока?

На мой прямой вопрос братья‑Праймусы профессионально ушли от ответа, и только драколич загадочно пробубнил:

— Покой нам только снится. – И совсем уж тихо: – Бабули придут в восторг от новенькой.

Отвлекшийся мозг ещё раз прокрутил увлекательное воспоминание моих мытарств, окончившихся Резом в костюме смерти.

Вот и ещё один жирный знак вопроса.

Рез. Ты‑то кто такой?

Воспоминание о нем неуловимой кошкой прошмыгнуло в полусонное сознание и стало катализатором удивительного сна.

Я стояла в середине комнаты. Вот только моя половина сохранилась в целости и сохранности, а Решкина бесследно испарилась. Вместо нее виднелась широченная кровать, укрытая темно‑бордовым пледом, и окно во всю стену.

Занавеска колыхнулась, в позвоночник впились сотни маленьких иголочек, и стало так жутко холодно, словно задрожал сам воздух. Зрение собралось с духом и сфокусировало внимание на высокой фигуре в капюшоне с оружием обиженных крестьян за спиной. Губы дрогнули в улыбке.

— Привет, Рез.

— Подъем, дорогуша, – мрачно заявил Бендер, не дав мне побыть в сладких объятьях бога одеял и подушек и двух часов.

Пинками подняв полусонную меня с кровати, некромант бросил к моим ногам походный рюкзак и велел собираться. При этом сам заместитель главы отделения остался истуканом стоять у входа.

Наш инструктор по быстрому реагированию в такие моменты обычно зажигал спичку и мотивировал студентов оскорбительными замечаниями. Некроманты же, как недавно выяснилось, экономили на всем, включая спички и слова, поэтому Бендер обошелся взглядом.

На заметку, взгляд поторапливал не хуже.

Я в принципе по утрам не самый счастливый человек на Полярисе, а после такого побудки так и совсем деградировала до непонятной смеси ворчливой старухи и смущенной монашки.

А ещё приснится же такое!

Я и Рез… Мы…

Ну, скажем так, во сне я вспомнила парочку сцен из тех немногочисленных любовных романов, что подсовывала Решка, и обрывков рассказов парней о собственных похождениях в храм любви и грубого секса, которые выхватывало наблюдательное подсознание.

Чтобы лучше понимать уровень моего падения и безнравственности, я подпалила матрас, укрытый темно‑бордовым пледом. И это было не так, что Рез довел меня, я психанула и в приступе гнева спалила мерзкий плед.

Строго говоря, Рез действительно довел меня до точки. Но гневом там не пахло. Вот вообще.

Щеки обожгло от обрывков воспоминаний, особенно неловко стало от моей просьбы сделать Резу приятное прямо у окна во всю стену. Боги секса, я и не подозревала в себе такой страстной порочности!

— Оригинальный дизайн, – хмыкнул Бендер.

Шел бы ты, некромант, лучше студентов пугать, и не мешал мне краснеть, бледнеть и собираться. Так нет же! Стоим над душой, дизайн разглядываем.

Что хоть тебя там в восторг привело? Убогие стены или розовые слоники на пледе Решки?

Обернувшись, глянула на источник мужского интереса и открыла рот.

Там, где еще недавно улыбался Влад, чернел прямоугольник.

И, как эксперт по части поджогов и пепла, ответственно заявляю, что сила неопалимых не оставляет таких следов.

Но если не я, то кто?

— А‑а‑а! – взорвал утреннюю тишину мужской голос с высокими подвываниями.