Книга Принц на черном пегасе, страница 33 – Маргарита Блинова

«И он наклюкался одеколона, о чем круто пожалел с утра пораньше…» — мысленно додумала я окончание этой истории и передала мужчинам пакетики с зельями. От мигрени (для госпожи Заленвах), от боли (для чувствительных ребер Теодора) и от похмелья (для жабосьминога).

— Спасибо, госпожа добрая колдунья, — радостно улыбнулся Теодор, счел, что на словах благодарности можно и закончить, развернулся и пошел в коридор.

Брюнет же проявил чудеса расточительности и полез за кошельком.

— Что ты делаешь этим вечером? — уточнил он, выкладывая пару монет.

— Работаю.

— А следующим?

— Зависит от того, когда ты уедешь из города, — сказала я, смахивая монеты с прилавка и пряча в карман, пока Гортензия не обнаружила, что светлой колдунье заплатили чеканной монетой, и не начала задавать никому ненужные вопросы. — А кстати, когда ты уезжаешь?

Нет, ну а что такого? Должна же я знать, сколько еще калитку к моему дому будут осаждать желающие прихорошиться девушки и дамы. И нет, я не меркантильная. У меня просто правильный взгляд на работу за деньги.

Нейтон задумчиво покрутил в руках пакет с настойкой от похмелья для Йорла и посмотрел на меня.

— Еще не решил, — вкрадчиво и отчего-то двусмысленно сказал он.

Почувствовав непонятную волну жара в теле, я покосилась на выразительные губы мужчины и облизнула собственные.

А что такого? Да, немного занервничала. А вы бы попробовали оставаться спокойной и рассудительной, когда рядом стоит герой со страниц любовного романа и лучезарно улыбается, пристально глядя вам в глаза.

Так, стоп. Шарлотта, тормози коней и фантазию, пока не сделала то, из-за чего потом покраснеешь и пожелаешь провалиться сквозь землю.

И я-то прислушалась к голосу разума, а вот господин Нейтон Рок, по всей видимости, не пожелал и поддался очарованию момента. Его взгляд потемнел, тело качнулось вперед, и…

И тут в лавку вбежал перепуганный Теодор.

— Госпожа колдунья. А как мы теперь выйдем?

Спохватившись, я метнулась к окну и осторожно выглянула из-за шторы, чтобы узреть толпу взбудораженных женщин. Толпа выглядела так, словно успела оттаскать друг друга за волосы, избавиться от половины конкуренток и теперь те, кто выжил в потасовке, глазами голодных питбулей поедали запертую дверь, за которой прятались их жертвы.

Особенно сильно в этой толпе выделялась Реджина Болл. Дочка пекаря стояла в первых рядах с таким решительным выражением на упрямой физиономии, что становилось страшно. Безумно страшно за жизни запертых в моем доме мужчин.

— Демоны, — тихо ругнулась я.

Второй раз пробиться через толпу и сбежать у Нейтона и Теодора вряд ли получится. Точнее, я была на сто процентов уверена в Роке, но никак не в тщедушном Теодоре. А если я метну еще одну белую искру, заставив общественность застыть на непродолжительное время, то эта самая разъяренная общественность отпинает самую добрую колдунью в знак благодарности. Не то чтобы я хоть кому-то из них позволила бы это сделать, но и из имиджа «добренькой» тоже выходить нельзя.

Значит, остается только одно.

— Идите за мной, — приказала я мужчинам, покидая лавку.

Предположительно в особняке имелся черный ход, ведущий в заднюю часть дома, но точно не на светлой половине. В те редкие минуты, когда мне приходилось бегать в огород за травами для зелий, я пользовалась своим парадным входом. Но в текущем положении выйти через дверь и остаться непокалеченными или необвенчанными у Нейтона и Теодора шансов маловато. А потому включаем фантазию и пользуемся старыми проверенными методами — окном.