Книга Принц на черном пегасе, страница 37 – Маргарита Блинова

— Какие-то проблемы, госпожа колдунья? — полюбопытствовал кто-то.

Подняв голову, я встретилась с храмовником. Тот широко улыбался и выглядел до безобразия счастливым. Возможно, потому, что держал в руках надкушенный пирожок с картошкой, а возможно, потому, что благодаря мне и маленькому песику с грозной кличкой Шайтан в эти выходные наконец-то займется делом и обвенчает хоть кого-то.

— Все отлично, — мрачно отозвалась я, алчно взирая на пирожок.

— Уверены? — не поверил храмовник и сунул мне в руки листовку. — Помните, не стоит держать в себе боль и страдания. Двери нашего храма всегда открыты для тех, кто мечтает о том, чтобы выговориться.

Я была в шаге от того, чтобы воспользоваться столь щедрым предложением и рассказать о том, как меня все уже порядком достало, прямо здесь, не сходя с этого квадратика мостовой. Но вовремя вспомнила, что не шибко верю в храм, богов, его населяющих, и еще хуже отношусь к людям, именем божьим вдохновляющих паству.

— Спасибо, но я пас, — вежливо, но непреклонно отказалась от щедрого предложения храмовника побыть жилеткой для нытья для недоброй колдуньи и поторопилась домой за оставленной на столе наличностью.

Свернула на улицу Поцелуев и нос к носу столкнулась с подавальщицей из гостиницы.

— Госпожа Вайт, а я только что от вас, — возрадовалась встрече девушка.

— Все заказы завтра, — отчеканила я.

— Нет, госпожа колдунья, — затараторила девушка. — Я принесла для вас ужин. Вот.

Сглотнув набежавшую слюну, я кинула быстрый взгляд на большой пакет с разномастными коробочками, не поверила чуду и на всякий случай уточнила:

— Это что… мне?

— Вам, госпожа Вайт. Вот тут записочка.

Малость растерявшись от столь внезапной подачки судьбы, я выхватила из пальцев разносчицы сложенную записку.

Так-так-так… Посмотрим… Кто же у нас такой щедрый?

Сгорая от нетерпения и любопытства, я быстрым движением развернула листок и прочла:

«Приятного аппетита, госпожа колдунья».

В первый момент я не поверила своим глазам, ибо ну где это видано, чтобы люди вот так вот неинформативно писали сообщения. Во второй момент решила, что от голода подводит зрение, и для верности перечитала строчку несколько раз. Увы, но никаких дополнительных предложений так и не появилось.

По всему выходило, что неизвестный благодетель оказался скуп на слова, но щедр на жесты.

— Не знаешь, кто заказчик? — обратилась я к девушке, показывая записку.

— Понятия не имею, — развела руками та.

Судя по огорченно разочарованному личику, подавальщица не только не врала, но и питала надежду, что я-то точно в курсе, кто сделал столь широкий жест и за какие такие заслуги решил облагодетельствовать светлую колдунью в столь поздний час.

Забрав пакет с ужином, я распрощалась с девушкой и поспешила к дому.

Голова гудела от сотни-другой предположений, кто же это мог быть?

Госпожа мэр? Но за какие такие заслуги перед Страшилвиллем? Уж точно не за удар молотком по темечку жабосьминога.

Кто-то из довольных клиенток? Нет, тут тоже вряд ли.

Довольные клиенты предпочитали благодарить колдунью открыто. Даже если это тачка с прошлогодней картошкой, ее везли с такой гордостью и апломбом, словно сей славный паслен был доставлен из королевских погребов, а не из мрачных подвалов.

Нет, будь это кто-то из благодарных за мои старания клиентов, то обязательно бы подписался.