Книга Одиночка, страница 84 – Маргарита Блинова

— И что потом?

— А потом Бет ушла, — невесело улыбается Мика. — Курт не отходил от Макса ни на минуту, а вскоре и вовсе начал процесс Слияния.

Внезапная догадка обжигает меня.

— Курт хочет уйти за ней? — говорю я, ощущая внутреннюю дрожь.

— Да, — кивает Мика. — Еще пару лет он потерпит, чтобы дождаться момента, когда проснется демон Макса, а потом бросит нас всех в этом мире и последует за ней.

Я молча опускаю голову и смотрю на Элизабет Гланд, то есть, Элизабет Дамир.

Темноволосая женщина на снимке смотрит строго и уверенно. Мне она кажется холодной и немного надменной, но, видимо, для Курта — она идеальна.

Отчасти я завидую им обоим. Курту, потому что не уверена, что сама способна полюбить кого-то так же сильно, как он до сих пор любит свою избранницу. И, конечно же, Элизабет, потому что сомневаюсь, что кто-то хоть когда-то посмотрит на меня так, как смотрит на нее на снимке Курт.

Внезапно я вспоминаю наш разговор с лаэрдом на кухне.

«Прекрасный совет, Эва. Вот только я очень хорошо знаю, что ты чувствуешь…» — так он тогда сказал.

Неужели идеальная женщина, любовь всей его жизни, та, которой он оставался верен на протяжении стольких лет, не была идеальной?

Бред, Яблокова. Ты просто ревнуешь, ведь ей Курт никогда не отказывал.

Микаэль отбирает у меня фото, кладет на тумбочку и тепло улыбается.

— Ну что, красавица… Спать?

Все-таки я немного ошиблась на счет Микаэля при первой нашей встрече. Не такой уж он и Мажор.

Шутливо толкаю его и заваливаюсь рядом.

— Боишься, что растреплешь мне еще какую-нибудь семейную историю?

— А то! — согласно кивает он и резко садится. — Черт, совсем из головы вылетело.

Он торопливо идет в ванную и возвращается с моими вещами в руках.

— Эй, ты чего собрался делать! — настороженно уточняю я, оставаясь все так же лениво валяться поперек кровати.

— Изображать достоверность, — деловито произносит Микаэль. — Значит, запоминаем… Раздеваться мы начали уже от дверей, — к порогу комнаты летит мой разорванный свитер. — Затем пошли к кровати…

— Достовернее, Микаэль, достовернее, — прошу я со своего места.

Парень недовольно оборачивается в мою сторону, грозно цыкает и хмурит брови.

— Ты, кстати, давай, тоже в работу включайся, — велит он. — Простынки помни, подушки раскидай… На худой конец, ножку кровати сломай!

Ох, и зря это он меня к делу подключить решил.

С улыбкой на губах я поднимаюсь на ноги и начинаю творить декорации бурной ночи.

— Микаэль Леонард Дамир! — возмущенный женский крик заставляет меня вздрогнуть и приоткрыть глаза.

Рядом просыпается Мика, встречается сонным взглядом со мной, затем поворачивает голову, находит источник звука и резко садится.

— Мама?!

Так… Что-то я не врубилась! Какая, к чертям, мама! Где Курт?!

Повторив недавние действия Мажора, я сажусь на матрасе и расширенными от ужаса глазами смотрю на нависшие над нами неприятности.

Неприятностей две — злой, бледный Курт и разгневанная мадам Дамир. И если появления лаэрда я ждала, то увидеть с утра пораньше маму Микаэля никак не планировала.

Сердце испуганно колотится, отдаваясь где-то в висках. Вцепившись слегка подрагивающими от напряжения пальцами в край простынки, тяну ее максимально вверх. Была бы возможность, легла бы обратно, накрылась с головой и притворилась бы, что меня здесь давно уже нет.