Книга Нарушая правила, страница 131 – Юлия Устинова

Тиму сейчас явно не до меня.

Но я все же беру телефон и проверяю стену сообщества, где скотина-Брагин обнародовал мои персональные данные. Забив свое имя и фамилию в поиск по стене, только подтверждаю догадки — поста с моей фотографией там больше нет. Совпадение? Нет, не думаю.

Но я все равно чувствую себя отвратительно и с раздражением замечаю, как по моим щекам текут слезы.

Сколько же еще всего мне предстоит понять, как многому нужно научиться. И ни школа, ни универ не дадут этот бесценный опыт. Когда-нибудь, когда мне будет за сорок, и я буду такая же взрослая и уверенная в себе, как Светлана, я обязательно посмеюсь над своими неудачами, но сейчас мне плохо.

Конечно же не из-за придурка Брагина. После всех огорчений это волнует меня меньше всего.

Я снова думаю о Тиме, о парне, которому однажды отдала свое сердце, а теперь даже не могу позвонить, чтобы узнать, как он. И все, что хоть как-то греет мне душу, так это мысль, что после каникул я снова смогу его увидеть.

Знаю, нельзя быть такой тряпкой и бесконечно всепрощающей дурой, пора посмотреть правде в глаза, хоть это и больно. Ведь, как не назови, он предал меня, пренебрег моими чувствами, просто взял и выкинул на помойку все, что я так трепетно ему доверила.

И вместо того, чтобы ненавидеть его, я сижу и думаю: “Боже, боже… Как он там?”

Я захожу в комнату, где второй день ночует Марк.

Лежа на кровати, брат зависает в Тиктоке. Теперь никто не контролирует его доступ в Интернет, так что пацану есть, на что потратить время.

— Хорош валяться, идем есть, — зову его.

Марк мотает головой.

— Я не голодный.

Я подхожу ближе, наклоняюсь и слегка трясу его за плечо.

— Эй, мужик, ну хорош, тебе надо поесть. Я, вообще-то, специально для тебя блины пек.

— Ты умеешь печь блины? — Марк смотрит на меня, как на инопланетянина. — Ни фига себе! Когда ты научился?

— Недавно, — говорю я. — Давай, поднимай свой зад, — бросаю ему, выходя из комнаты.

— Ух-ты, реально блины! — брат таращит глаза, разглядывая стопку блинов.

— А ты думал?

Вчера я заказывал доставку еды, а сегодня утром мне пришла в голову идея испечь блины. Преподавательница по блинам у меня была хорошая, теорию я запомнил, но навыка пока не хватает. Блины получились дырявыми, хотя на вкус очень даже сносно.

Я подумал, что Марку нужна домашняя еда. Как-то хотелось показать мелкому, что он не один, что о нем есть кому позаботиться.

Вчера поначалу он вообще не хотел со мной разговаривать.

Я приехал и забрал его сразу после звонка маминого адвоката. Пацан был в ступоре. Я даже запаниковал, ведь я не психолог и понятия не имею, что надо делать в таких случаях, тем более с детьми. Но к вечеру Марк отошел. Мы даже поужинали и посмотрели "Мстителей". Ночью я заходил к нему несколько раз, проверял, как он. Брат спал беспокойно, ворочался и что-то бормотал во сне.

— Ну… как ты? — осторожно спрашиваю я, глядя, как Марк уплетает мои блины с вентиляцией.

Он пожимает плечами.

— Нормально. Когда мама вернется?

— Я не знаю. Адвокат должен позвонить.

— Мама что правда убила папу? — с набитым ртом спрашивает Марк.

Я покашливаю, чтобы скрыть свое замешательство. И в итоге говорю:

— Она… нечаянно.

— А разве так бывает? — недоумевает брат.

— Давай порубимся во что-нибудь? — предлагаю ему, съезжая с темы.