Книга Нарушая правила, страница 81 – Юлия Устинова

— В чем дело, Тимофей? — любопытствует мама, наблюдая за моими перемещениями. — Зачем ты приехал?

— Я за братом, — нарочно хлопаю крышкой хьюмидора. — Дождусь его, а потом отвезу на тренировку. Вернемся через пару часов.

Мама несколько раз моргает, сбитая с толку тем, что я ставлю ее перед фактом.

— С какой стати ты распоряжаешься жизнью нашего сына?

— Ну тебе же плевать на него и то, кем он станет, — не без труда выдерживаю ее тяжелый взгляд.

— Марк станет юристом, — гордо сообщает она. — Как и его мать.

— Или… — чуть поколебавшись, я продолжаю, — психопатом, как отец.

По мере того, как мать переваривает услышанное, ее красивые миндалевидные глаза превращаются в две узкие злые щели.

— Что… ты несешь? Откуда ты взял этот бред? — она сразу напрягается. Мелодичный женский голос режет мне уши своей неестественностью.

Я глубже вглядываюсь в ее лицо. На нем написано, что угодно, только не удивление.

— Офигеть… — я шокирован тем, что мне открылось. — Так ты в курсе.

— В курсе чего? — мама нервно покашливает.

— Давай без этого? У тебя два высших образования, тебе не идет прикидываться дурой.

— Ну и что тебе известно? — прямо спрашивает она.

— То же, что и тебе — твой муж колотит Марка. И хочет воспитать из него урода, — сообщаю я ровным голосом.

— Ты преувеличиваешь, — так же спокойно возражает мама.

Поморщившись, я качаю головой.

— Не думал, что скажу это когда-нибудь, но тебе нельзя было рожать детей.

— Ты так меня ненавидишь? — с укором произносит она.

— Нет. Я вообще ничего к тебе не испытываю.

Мама упирает в висок два пальца и ухмыляется.

— Знаешь, моя мать тоже не была наседкой. Но именно благодаря тому, что я была предоставлена сама себе, я стала тем, кто я есть. И я даже благодарна Марго за то, что она не испортила меня своим творческим взглядом на жизнь, — произносит она с долей сожаления.

Но все что я слышу, это: я, я, я…

— Ну ещё бы. Ведь Марго не сидела и не смотрела на то, как тебя дубасит отец, — язвительно замечаю.

— Это все детские обиды, Тима, — мать пропускает мои слова о насилии мимо ушей. — Пора взрослеть. В любом случае, теперь между нами вряд ли можно что-то поправить, — поджимает губы, явно разочарованная мной.

Хотя, казалось бы, куда больше?

— А мне ничего и не нужно, прошли те времена, когда я ждал, пока ты освободишься и уделишь мне хоть пять минут, почитаешь книжку или сходишь погулять. Ну знаешь, как делают обычные матери.

На что мама качает головой.

— Если бы я была обычной матерью, то ты не имел бы того, что имеешь сейчас, — по ее лицу понятно, что она твёрдо в этом убеждена.

— Ну ясно. Все ради моего безоблачного будущего, а я тут тварь неблагодарная, еще права качаю, — огрызаюсь в ответ. — Мам, а что насчет Марка? За что он терпит издевательства? Ради какой такой высшей цели?

— Ты делаешь из мухи слона. Никто над ним не издевается. Володя, конечно, строгий отец и бывает резковат…

— Резковат?! — перебиваю ее. — Ты у Марка синяки видела?! А знаешь, что за фильмы твой Володя ему показывает?!

— Какие еще фильмы? — хмурится мать.

— Взрослые. Для настоящих мужчин.

— Не выдумывай!

В бессилии я сжимаю пальцами переносицу и ору:

— Так спроси об этом сына, если мне не веришь!

— Я спрошу. И с Володей поговорю, не беспокойся. Твоему брату ничего не угрожает. За кого ты нас держишь, в конце концов?! — строго одергивает меня.