Книга Проще, чем кажется, страница 21 – Юлия Устинова

— Да, я слов на ветер не бросаю, — кивает Макс.

И вот теперь я реально тушуюсь.

Я же ничего не знаю о сексуальных предпочтениях Потапова.

А вдруг он извращенец? Что, если у него садистские наклонности? Как у Тедда Банди? Что, если это не он прощался с девушками после непродолжительного знакомства, а они от него сбегали сами, потому что он больной на всю голову аморальный тип?

— Ты же не больной на всю голову аморальный тип? — последнее я решаю уточнить.

— Нет, — улыбаясь, Макс головой качает. — Задницу свою давай уже сюда. Или боишься? — игриво бровь вскидывает.

И я теряю бдительность, снова убеждаясь в другом — это все часть Потаповского прикола. И какого шикарного. Я под впечатлением.

Ему удалось заболтать меня, заставить раздеться…

Ой, да ладно. Что он мне сделает?

Успокаивая себя, я медленно приближаюсь к Максу. Тот берет меня за руку и подталкивает за бедро, помогая залезть на него.

Я даже глупо и тупо себя почувствовать не успеваю, лежа голой у него на коленях, как мне по левой ягодице прилетает ощутимый шлепок.

Хлесткий звук пронзает тишину. Я ойкаю и зажмуриваюсь, ощущая, как по попе и бедру тепло начинает расходиться.

— Ну как? — сипит Потапов, больше не касаясь меня.

— Не знаю, — растерянно бормочу, переживая в эту минуту, без преувеличения, самый необычный эротический момент в своей жизни. Однако вида не подаю и снова подтруниваю над Максимом: — Не знаю, каких ты там сучек шлепал, но если это шле…

Договорить мне не дают. Жопе снова нездоровится.

— Сейчас? — заботливо интересуется Макс, отвесив второй шлепок.

Кровь в жилах сначала закипает от гнева, но затем раздражение чудесным образом переходит в иное состояние.

— Приятно, — сознаюсь, смыкая бедра и чувствую, как между ними завязывается беспокойный пульсирующий узелок.

— Еще?

— Да.

После следующего хлесткого шлепка я тихо вскрикиваю.

— Больно?

— Не-ет… — мотаю головой с дрожью в голосе. Все волоски на моем теле становятся дыбом. Левое полушарие печет огнем. То, что происходит, и кошмарит меня, и возбуждает. Сумасшествие какое-то! Я хрипло смеюсь и спрашиваю: — А тебе нравится такое? Ты извращенец?

— Нет, — посмеивается Макс, бережно обхватив ладонью пылающую половинку. — И, если честно, это первая задница, которую я шлепаю, а член все еще не при делах.

— И ка-ак? — я, обалдеть, как заинтригована.

— Знаешь, нравится… — анализирует вслух новоиспеченный доминант. — Очень заводит. У тебя тут родинка, кстати… — подушечкой пальца Потапов касается другой ягодицы, где у меня действительно есть темная «мушка». — Красиво… — Похвалив ее, он наклоняется и касается губами… родинки. В попу целует. Потапов. Меня. И после совершенно спокойно подгоняет: — Вставай, Мань. Порка окончена.

Он сотрясает меня за бедро, и я сползаю с него с грацией каракатицы, говоря при этом:

— Я знаю, мне говорили, — запоздало отбиваю, имея в виду родинку.

Сама думаю: «Это что тут сейчас такое было, а?».

Почему-то, вспоминается Шоу. Его «Дом, где разбиваются сердца». Наверное, потому, что я сегодня что-то очень качественно духовно разлагаюсь.

А Макс, вроде, и не при делах. Он полностью одет, трезвый… Подумаешь, в попу чмокнул разок… А я…

Провожу ладонью по лицу.

Ох, лучше бы уж Ирина Вячеславовна вызвала на меня сегодня полицию.