Книга Любимый человек, страница 6 – Юлия Устинова

Попрощавшись с мужиками, спешу к машине, чтобы открыть Лене дверь.

— Дим, ты что придумал? — интересуется она, когда мы отъезжаем от дома родителей.

— Да ничего такого, просто хочу, чтобы ты отдохнула.

— Вместе с тобой? Ты издеваешься?

— Лен, давай просто съездим. Если ты согласишься, я обещаю, — понизив голос до шепота, продолжаю: — Я дам тебе развод.

— Ты меня еще шантажировать будешь? — шипит в ответ Лена.

— Нет, родная, я хочу тебя вернуть… Я не смогу без вас…

Я смотрю в зеркало заднего вида, чтобы убедиться, что Маню не интересует наш разговор.

— Дима… — тяжело вздыхает Лена, отворачиваясь к окну.

Притормаживая перед перекрестком, я смотрю на нее.

В своем легком зеленом платье и с распущенными каштановыми волосами она выглядит такой растерянной и хрупкой, что мне до чертиков хочется обнять ее и прижать к себе. Но разве она позволит?

— Дай мне последний шанс. Если ничего не выйдет, я больше слова не скажу.

— И что мы там будем делать? Одни?

Я прикусываю язык, чтобы не признаться жене в том, что бы я хотел с ней делать… Мне кажется, я бы мог неделю напролет заниматься с ней любовью. Круглосуточно целовать, трахать, вылизывать, заставлять ее кончать.

Я уже начал забывать, как выглядит ее киска и груди, как она стонет, когда достигает разрядки… Черт…

Дрочить в кулак, конечно, прикольно, но не когда тебе тридцать два, ты женат, а на других баба даже смотреть не хочешь.

Я хочу только ее. Хочу так сильно, что яйца ноют. И ведь я же вижу и чувствую, что с ней делают мои прикосновения. Пусть она и дальше строит из себя ледяную королеву, но тело не обманывает. Наше влечение друг к другу — это единственный мостик, который мы еще не сожгли, который я не разрушил своей тупостью…

Сделав глубокий вдох, сильнее развожу бедра, формулируя безопасный ответ на ее вопрос.

— Там есть сауна и купель, прямо на улице. Можно просто погулять по лесу, искупаться в озере, мясо пожарить или покататься на квадроциклах, или великах. Хотя с твоей спиной… — вспоминаю, что после вторых родов ее мучают боли в пояснице.

Причем Лена не жалуется. Я сам вижу, как она хватается под вечер за спину. Еще бы — потаскай весь день наших мужиков.

— Дим, я не могу поехать. У меня дети.

— И у меня. Но у них есть бабушки, которые не против посидеть. Тем более, мама давно предлагает помощь. Что в этом такого? — стараюсь не сильно на нее напирать.

— Твоя идея с поездкой… Она не имеет смысла, — заявляет Лена.

— Для меня имеет.

— Если я поеду, мы разводимся? — шепчет она. — Без всяких? Так?

Сглотнув сухой ком в горле, я киваю.

— Да.

— Я подумаю, — уклончиво произносит жена.

— Лен…

— Что?

— Спасибо, что не стала им сегодня ничего говорить. Отец такой счастливый был.

— Ладно.

— Лен… — снова зову ее.

— Да?

— Ты правда этого хочешь? Хочешь, чтобы я ушел?

— Па-ап? Мама, что на тебя обиделась? — с заднего сиденья раздается голос дочери.

— Нет, Мань, все хорошо, — успокаиваю ее. — У нас самая лучшая мама, и она никогда не обижается.

— Я видела, она вчера плакала, — сообщает Маня.

— Машка! Что ты болтаешь? — сердится Лена, оглядываясь на дочь.

— Я не болтаю! — возмущается Маня. — Пап, я правда видела!

— Понимаешь, Мань, взрослым тоже иногда приходится плакать, — спокойно разъясняю ей.

— Пап, ты врешь! — возражает мелкая. — Ты никогда не плачешь.