Книга Одинокие сердца, страница 24 – Юлия Устинова

Я вновь подмечаю его забавную манеру уточнять у меня отдельные моменты нашего разговора.

— Это слишком уж здорово, Миш. Так здорово, что даже не верится.

— Ты просто удивительная девушка, Алёна Тимофеева, — глаза Миши расширяются.

От его взгляда и голоса бабочки в моем животе немедленно устраивают отвязный сейшн, заставляя меня трепетать, как какую-то глупую барышню.

Барышню?

Я правда так сказала?

Оставив свои вещи в камере хранения и оформив ски пасс, мы с братом выходим из пункта проката. Девушки еще переодеваются, поэтому мы взяли кофе, чтобы скрасить время в их ожидании.

Сделав глоток горячего напитка, я поднимаю глаза к небу. Солнце светит, воздух бодрит, вокруг блестит свежевыпавший снег. Температура, по арктическим меркам, сегодня просто детская, но климат в наших широтах такой дерзкий, что даже небольшой минус ощущается как мини версия ледникового периода.

— Мороз и солнце. День чудесный! — глубоко вздохнув, я неожиданно для себя самого вспоминаю школьную классику. — Слушай, Дрон, если твоя следующая днюха будет не такой интересной, даже не зови, — загадочно улыбаюсь, имея в виду совсем не зимний пейзаж.

Андрюха недолго изучает мое лицо и качает головой:

— Значит ты с Тимофеевой… — он не договаривает, но на его роже и так все написано.

— Не понимаю, о чем ты, — дурачусь я.

Оглянувшись, брат откашливается в кулак.

— Мы вас с Яной вчера слышали. Особенно тебя, — уточняет он.

— Правда? — удивляюсь я. Смотря себе под ноги, Андрюха улыбается. — Класс! — горжусь собой.

— Ага. Такое ощущение, что ты вчера только дембельнулся, — прыскает брат.

— Ну нет. После дембеля, я двое суток из постели не вылазил. Помнишь, тогда, на даче родителей Дымова? Как же ее звали, а? — чешу затылок, пытаясь вспомнить имя девчонки, с которой недолго мутил после армии.

— Это я должен помнить? — усмехается брат. — Фил идет, — зачем-то шепчет он мне, а затем громко приветствует друга: — Блин, ну и рожа! Тебе бы отлежаться, братан, там пиво в холодильнике было.

К нам подходит Димас и его девушка, для которой он устроил экскурсию по горнолыжном центру.

— Я в порядке, — хмуро бросает Филатов.

— Ну что, на какую трассу: первую или двенадцатую? — спрашивает Андрей, плавно переводя тему.

Я тоже делаю вид, что все в порядке, что нашей вчерашней стычки с Филатовым и не было вовсе. Это не значит, что я забыл, как он вёл себя с Алёной, но и раздувать конфликт не собираюсь. Кроме того мне есть, чем утешить свое недовольство в отношении этого типа — у меня была незабываемая ночь с его бывшей.

И он не может об этом не думать.

— На двенадцатую, наверное, — пожимаю плечами.

— А мы на тюбингах покатаемся, — сообщает Филатов, — Лиза никогда не стояла на лыжах, так что, мы туда, — машет в направлении бэби-трассы и горок.

— Понятно, — кивает Андрей.

— Ну тогда надо договориться, во сколько встретимся, — предлагает он. — Продолжим отмечать.

— Да мы наотмечались, вроде, — огрызается Димас, мазнув по мне тяжелым взглядом.

Я крепче сжимаю челюсть. Его пренебрежение действует мне на нервы.

— Дима меня домой повезет, я не могу остаться, — ситуацию сглаживает глазастая загорелая блондинка.

— Что ж. Ясно, — невозмутимо кивает Андрей, протягивая руку Филу. — Все нормально. Спасибо, что приехали.