Книга С любовью, Лондон, страница 15 – Юлия Устинова

— Мистер Хьюз, конечно. Если тебя что-то не устраивает, все вопросы к преподу.

— Лондон, что ты тут делаешь? — проворковал женский голосок откуда-то с задних парт.

Ну, конечно! Только тебя тут и не хватало! Кажется, это была Зита. Точно Зита, на ней же был сарафан. Закинув ногу на ногу, девушка сидела за последним столом в первом ряду и соблазнительно так улыбалась тому, кто пытался наехать на меня за то, что я якобы заняла его место.

— Триша, действительно, давно не виделись, — проговорил парень совсем другим тоном, отправляя свои верхние конечности подальше от моего носа прямиком в карманы своей куртки.

— Решил заняться риторикой? — спросила та.

— Ага, точнее, за меня решили, — с досадой произнес он. — Этот придурок Хьюз звонил моим опекунам и сказал, что мне не дадут диплом из-за его гребаного предмета, если я пропущу ещё хотя бы раз!

Услышав слово «придурок» в непосредственной близости от фамилии отчима, я с трудом усидела на месте, чтобы не вскочить и не звездануть по смазливой мордахе этого заносчивого типа чем-нибудь тяжеленьким. Пусть Рик меня саму изрядно подбешивал, но я имела на то все законные основания. А какого хрена позволяет себе этот… как его? Кажется, Зита – Триша назвала его Лондоном. И что за странная тенденция давать детям такие вычурные имена? Это все равно, что меня бы назвали Москвой или Пензой. Красиво, конечно, звучит: «Пенза Дмитриевна Чеснокова». Хотя, нет, скорее, как-то по-дебильному.

Тут прозвенел звонок и через несколько мгновений в класс вошёл Рик. Никто и задницей не пошевелил, чтобы встать и поприветствовать учителя. Ну и я решила не выделяться. Единственным, кто не сидел, был этот Лондон. Скрестив руки на груди, он оперся мягким местом о парту какой-то щупленькой девчонки с короткий стрижкой и с вызовом смотрел на Рика. Хотя прямо передо мной зияла пустотой никем не занятая парта.

— Надо же! Какая неожиданность! — воскликнул Рик, перебирая какие-то бумажки. — Сам Ной Вудс почтил нас своим присутствием! Чем обязаны? — и, оторвавшись от бумажек, уставился прямиком на Лондона.

А я пыталась сообразить, при чем тут какой-то Ной Вудс, если он смотрит на этого парня.

— Можно подумать, вы не знаете, — недовольно пробурчал Лондон.

— Ну вот и отлично! — бодренько так проговорил Рик. — Раз мы все выяснили, Вудс, занимай свое место.

— Мое место уже заняли, — упрямо сказал парень, ещё и пальцем ткнул в мою сторону. Неандерталец недобитый!

— Если это настолько принципиально, я пересяду, — проговорила я, вставая, и ухватив тетрадь и ручку, потянулась к рюкзаку и добавила, уже по-русски: Даже не представляла, насколько тут у вас чувствительный народец!

Рик улыбнулся в зажатый у носа кулак и заявил:

— Отлично, Кэтрин! Хорошая мысль! Сейчас самое время, чтобы представиться ребятам!

*Допустим, там есть такая газета.

** Дворец правосудия.

Отступать было некуда. Все, кто имел уши, услышал слова Рика и теперь таращился на меня, включая того дрыща из коридора и этого недоделанного собственника с явными признаками раздвоения личности, который не оставлял надежды вернуть своё законное место.

Перетащив пожитки на парту вперёд, я взглянула на Рика, пытаясь донести до него посредством телепатии все, что думала о нем в это мгновение.