Книга Бандитский Запад. Маньяки, мафиози, грабители, страница 135 – Федор Раззаков

В заключение этой главы хочется отметить такую закономерность. Несмотря на то, что Англия «подарила» миру таких монстров, как Брейди и Хиндли или супруги Вест, она в то же время является страной, где ежегодно число убийств практически не растет, застыв на отметке 500–550 (то, есть, в среднем 45 убийств в месяц). А это в 20 раз меньше, чем в тех же Соединенных Штатах Америки. И это удивительно, если учесть, что социально-экономическая обстановка в Англии примерно такая же, а иногда и хуже, чем в большинстве развитых капиталистических стран. Даже в соседних Уэльсе и Шотландии убийств больше, чем в Англии. Лишь в 60–70-х годах нынешнего века шкала убийств в Англии начала расти, однако затем удалось остановить этот рост. Теперь же убийства в этой стране настолько редки, что каждое из них становится настоящей сенсацией. Полицейские Англии даже не имеют права носить оружие, но это совсем не отражается на количестве их потерь. Бывают годы, когда за 12 месяцев погибает всего лишь один полицейский.

Так в чем же главная причина такого разительного отличия Англии от большинства других стран? Канадский исследователь Эллиот Лейтон заявляет, что «еще в XIII–XIV веках судебные разбирательства в Англии стали предпочтительной альтернативой кровавому сведению счетов. Англия как нация стала отказываться от права на насилие. Суды обеспечивали куда лучший способ улаживания споров. Система эта работала, и люди поверили в нее. Убийство перестало быть методом решения проблем. Оно вышло из моды, а потом стало деянием недостойным. Таким оно с тех пор и осталось.

И действительно, в отличие от жителей других стран, англичане воспринимают убийства с резким неприятием. В этой стране так и не сложилось того романтического отношения к насилию, которое присутствует, скажем, в США. Да и убийцы в Англии в основном из одного социального слоя. Это люди из рабочих низов, люди, бросившие школу, алкоголики или наркоманы. Большинство английских убийц, — продолжает Лейтон, — преступление не планируют заранее, а когда совершают, тут же раскаиваются. Так что монстры типа супругов Вест для Англии явление не типичное и достаточно редкое».

23 января 1995 года в окружном суде Лос-Анджелеса начался судебный процесс, который так же, как и процесс над Чарльзом Мэнсоном в январе 1971 года, был назван одним из самых громких во всей истории юриспруденции США. За этим судебным разбирательством следило более 80 процентов населения страны, чего в Америке давно уже не происходило. Кто же предстал перед судом и что за преступление всколыхнуло всю страну? Чтобы понять это, следует рассказать всю историю с самого начала.

В 1948 году в черном гетто Сан-Франциско родился негритянский мальчик Орентэл Джеймс Симпсон. Его детство было безрадостным. Мать работала в больнице за нищенскую зарплату, отец сбежал еще до рождения ребенка. Предоставленный самому себе юный Джей водил дружбу с самой отъявленной шпаной из банды «Персидские воины» и мог погибнуть от ножа или сгнить на тюремных нарах. Однако судьба оказалась к нему более благосклонна, чем ко многим его сверстникам из черного гетто. В середине 60-х Симпсон поступил в Университет Южной Калифорнии и стал выступать за его футбольную команду. В 1967 году он был ведущим ее игроком, и именно это позволило тогда этой команде завоевать первое место в чемпионате высших учебных заведений США.