Книга Удар кошачьей лапой, страница 100 – Сьюзан Спэнн

— Тогда заходи внутрь и расскажи, где был. У нас есть немного времени, прежде чем мы отправимся в «Сакуру».

— Недостаточно для такой долгой беседы, – возразил Хиро. – Мне нужно поспать, а еще – отправить письмо.

— Хотя бы скажи, что ты вычислил убийцу.

— Не беспокойтесь об этом. Сегодня Нобухидэ не придется никого казнить.

* * *

Четыре часа спустя друзья вернулись в чайный дом. Солнце стояло высоко в небе, но до полудня еще оставалось время. В ответ на стук Хиро Маюри открыла дверь. Похоже, она удивилась, но и обрадовалась, увидев священника с телохранителем, и даже поклонилась им.

— Доброе утро.

— Доброе утро, – поздоровался Хиро. – Мы пришли повидать Саюри.

— И, видимо, Нобухидэ, – добавила окаасан с оттенком печали в голосе. – Прошу, входите.

Она проводила обоих в комнату Саюри.

— Прошу прощения за недостаток гостеприимства, – извинилась она, – но мне придется оставить вас одних: через несколько минут ожидается важная встреча.

— Конечно. – Гости поклонились, и Маюри закрыла за собой дверь.

Отец Матео подошел к Саюри и предложил вместе помолиться. Они склонили головы, и мгновение спустя глубокий, мягкий голос священника наполнил комнату. Хиро не считал веру обязательной. Да, он сомневался, что мир образовался сам собой, но не слишком доверял противоречивым религиям. Один бог слишком гневлив, другой вселяется в дерево. Хиро был слишком занят выживанием, чтобы вычислять среди множества богов настоящего.

И все же молитва отца Матео действовала умиротворяюще, поэтому телохранитель молча слушал, как иезуит просит Иисуса пощадить Саюри, а также его самого, но, если не выйдет, пусть их обоих возьмут на Небеса на веки вечные.

Примерно на середине молитвы Хиро услышал приглушенный стук в дверь чайного дома и женские голоса в прихожей. Когда женщины проходили через общую комнату Хиро показалось, что он узнал голос Ёсико. Подождав, пока дверь закроется, синоби выскользнул из комнаты Саюри в коридор, остановился у кабинета хозяйки дома и прислушался к разговору внутри.

— …Что вы пришли, – говорила Маюри. – Еще раз примите мои соболезнования.

— Благодарю вас, – ответила Ёсико.

— Но я не уверена, что понимаю цель вашего визита.

— Я наследница.

— Вы ищете возмещение за смерть отца? Владелица чайного дома не несет ответственности за действия убийцы.

— Как я уже говорила вам две ночи назад, – отчеканила Ёсико, – обладатель каждой из долей собственности обязан предоставлять остальным совладельцам отчеты о доходах и расходах.

Когда Маюри не ответила, женщина-самурай заявила:

— Хватит откладывать. Я требую показать мне записи.

Окаасан попыталась еще раз.

— Самураи не занимаются коммерцией.

— Пять лет назад на моего отца напали в этом чайном доме. – Голос Ёсико мог бы расплавить сталь. – Он не потащил вас к судье и не отрубил вашу жалкую голову только потому что вы предложили ему долю в деле взамен возмещения ущерба или справедливой мести. У вас два варианта: прямо сейчас принять меня в качестве партнера, либо давайте посмотрим, что скажет судья о вашем прискорбном провале в памяти.

Прежде чем Маюри успела ответить, по дому прокатился оглушительный удар.

Передняя дверь чайного дома снова грохнула, и голос Нобухидэ закричал:

— Маюри!

Хиро едва успел пересечь общую комнату и юркнуть в дверь Саюри, прежде чем хозяйка прошмыгнула по коридору в прихожую, вереща: