Книга Его сладкая малышка, страница 14 – Аля Алая

Тоненький, с рядом мелких камушков и милой застежкой в виде цветочка. Очень красивый. На дне коробочки ручкой размашисто написано: «Самой сладкой». Умеет Влад. Надеваю браслет на запястье, долго рассматриваю. Понимаю, что надо снять и вернуть, но сил моих душевных не хватает. Давно мне никто ничего подобного не дарил.

— Навскидку еще и дорогой, – бурчу себе под нос, – меркантильная ты бабенка, Инна. Ай-яй-яй… И не стыдно тебе. Возьми еще и прости за побрякушку. Отдайся.

Звук дверного звонка разрывает пространство, заставляя меня подпрыгнуть. Резко распахиваю дверь, натыкаясь на Влада. Стоит себе напротив, со спортивной сумкой на плече. Устало улыбается.

— Привет, – произносит хрипло, роняя взгляд на мое запястье, – тебе идет. Рад, что понравился подарок.

— Не понравился, – краснею до корней волос. Примерила, называется, на секундочку. – Я его верну.

— Инна… – Влад несколько раз моргает. В чем дело понимаю, когда смотрю на себя. Отлично, полуголая. В трусах и майке на голое тело. В таком виде только маньякам сексуальным, таким, как Влад, двери и открывать. – Нужно поговорить. Серьезно. – Мужчина поправляет сумку на плече и бочком просачивается ко мне в квартиру. – Ты должна мне помочь.

Влад

— Есть новости? – хлопаю себя по карману пиджака. Там была пачка сигарет, точно помню, но почему-то сейчас я ее не нахожу. – Есть у кого курить?

— Нет, – Матвей сидит напротив в кресле, руки на подлокотниках сложены домиком. На меня словно прокурор смотрит.

— Курить хочу, челюсть сводит, – откидываюсь в мягком кресле, голову роняю на покатую спинку. – Мне кто-нибудь расскажет, что вообще происходит? Чего молчите, а?

В ресторане в меня стреляли, квартиру заминировали и разнесли, в машине подрезали тормоза. Сука, все за последние две недели. Наводка на Туманова оказалась липовой.

— Молот вышел, – мрачно проронил Матвей. Арс в кресле рядом со мной хмыкнул.

— Да ну на хрен! У него еще семера оставалась, – все мое тело словно свинцом наливается. Даже вдохнуть нормально не получается.

Твою же мать! Молот! О нем я думал в последнюю очередь просто потому, что вообще забыл о его существовании. Человек укатил в места не столь отдаленные аж на семнашку. Считай вся жизнь.

Зачем ему был его бизнес на воле тогда. Естественно, я оказался ушлым, быстренько под себя подмял, назначил свою персону гендиром, с несогласным персоналом вопросы проработал. А бывшему владельцу организовал неплохое содержание в тюрьме в качестве комплимента.

Честно собирался по выходу Молотовского из тюрьмы отвалить старичку неплохую сумму в виде пенсии, квартирку подсуетить. Не совсем я скотина.

— Амнистия, брат, – Матвей поднимается из своего кресла. Вынимает из тумбочки пачку тонких сигар и бросает мне на колени. – Кури.

— Как? С какого перепуга? За такое не должны выпускать раньше, – дрожащими пальцами подхватываю пачку. Полиэтиленовая упаковка поддается мне не сразу. Срываю ее вместе с бумажной крышкой, вытаскиваю сигару зубами.

Взрослый мужик, а коленки начинают подрагивать. Молотовский отчаянный и крутой мужик был, к нему никто не совался. Работал он всегда один, сколотил не хилую империю на перепродаже подержанных автомобилей, даже открыл один автосалон с нулевыми тачками. Я был резвый и безголовый, напросился к нему в замы. Дружить всегда лучше с сильными, у них же и учиться. А он возьми и порежь по бухлу какого-то мудака в подпольном казино. За карточный долг. Тот не выжил, откинулся. Молота в каталажку, бизнес без хозяина.