Книга Онлайн - связь, страница 7 – Аля Алая

— Вы с ума сошли, — отступаю к двери спиной, — это домогательство.

— Ой ли, — он разворачивается ко мне, обозленный, — да плевать. Никому до этого дела не было, нет и не будет. Захарка хороший мальчик, меня ни за что не тронет. А вот насчет тебя, Верочка-конфетка, не уверен. Не глупи, а то вылетишь отсюда, как пробка из бутылки.

— Не угрожайте мне, — добираюсь до двери, — я же Вам в дочери гожусь, неужели не стыдно?

— Блядь, ну ты и дура, — он вздыхает, — работай иди. Еще поговорим, когда у тебя мозги на место встанут.

Выхожу из комнаты отдыха и на автомате отправляюсь на свое место. От бессилия хочется рыдать. Милка шлет мне в чат кучу сочувствующих смайликов и забирает себе мой рабочий звонок, давая прийти в себя.

Бросаю взгляд на мобильный, что горит сообщениями, и быстро просматриваю их, чтобы немного отвлечься.

Алекс: «На вечер приват с 20 до 22. Ройс — ?»

Я: «Хорошо»

Еще раз перечитываю сообщение и выдыхаю уже свободнее. Восемь вечера. Ройс.

Вот там я точно смогу расслабиться. Потому что у моего грязного хобби есть одна замечательная особенность — там действуют только мои правила.

В конце рабочего для быстро сгребаю вещи в сумочку и отправляюсь на выход. Милке и Веронике на прощанье улыбаюсь. Обе отличные девчонки, несмотря ни на что, только они и разряжают напряженную атмосферу, царящую в нашем отделе.

Мимо Колесникова проскакиваю на полном ходу, пользуясь тем, что вокруг много народа. Не отзываюсь на его оклик, делая вид, будто не услышала. Сегодня этого старого потасканного хрыча было в моей жизни слишком много. Свое личное время я тратить на него точно не готова.

Попутно вынимаю телефон принять звонок.

Мама….

— Привет, как дела? Как папа? — прижимаю трубку к уху и сбегаю по ступенькам офиса. Кошусь на роскошный мерседес, к которому подходит Захар Лелес. Он пикает сигнализацией и осматривается вокруг. На меня ноль внимания. Похоже, утреннее столкновение в коридоре уже забыто.

Оно и к лучшему. Рядом с мужиками, у которых в руках есть хоть немного власти, лучше не отсвечивать. Колесников яркий тому пример. Хапнул себе десяток рабынь в подчинение и ходит, задрав хвост. Прищемил бы кто-нибудь его хорошенько, мы бы все с радостью посмотрели.

— Немного лучше, — мама пытается говорить бодро, но меня не обмануть. Полгода назад отцу сделали операцию на сердце, но восстановительный период идет не так хорошо, как хотелось бы. Есть вероятность, что придется делать еще одну.

— Мам, — последний раз равнодушно скольжу взглядом по Лелесу и направляюсь к метро, — рассказывай.

— Вчера сдавали анализы. В пятницу идем к врачу. Что-то я волнуюсь, дочка, — она говорит с придыханием.

— Все хорошо будет, мам, — останавливаюсь у самого входа в метро и отхожу, пропуская поток людей, — папа крепкий, он справится.

— Как я без него? — раздается всхлип.

— Ну что ты, мам, — до боли кусаю щеку, — он еще сто лет проживет.

— Вер, приезжай, — мама игнорирует мое желание ее подбодрить, — побудь с отцом, он ждет. Ты же у нас одна.

— Приеду, обязательно. На выходных, — смотрю на наручные часы, понимая, что надо срочно выдвигаться, а то могу не успеть подготовиться к встрече, и торопливо добавляю: — Мам, я вас люблю. Все будет хорошо, слышишь. И я приеду, точно. Ты же меня знаешь.