Книга Официальный любовник, страница 113 – Аля Алая

— Ну, я про то, что с Яром у тебя же ни гостей ни платья приличного не было. Может, потому так все и получилось? – она сочувственно пожала плечами.

— Рита, ты дура? – не выдержала Вера.

— Пойду руки помою, – я быстро поднялась со своего места и скрылась в доме.

Так я и знала, что вечер будет ужасным, но присутствие Малиновской сделало его в 100 раз хуже.

Я прислонилась к косяку, чтобы передохнуть немного. Сзади меня обняли тёплые мужские руки, и окутал запах любимого парфюма.

— Не слушай ее, – Яр поцеловал меня в висок и тут же отпустил, – Рита несёт бред.

— Я знаю, – устало разворачиваюсь к мужу, – но не реагировать все равно не получается.

— Я соскучился, – муж провел ладонью по моей щеке.

— Нам лучше уехать, – Илья вошёл за Яром, – а то я Риту сам придушу, – он обошел мужа и прижал меня к себе, – Все будет хорошо.

— Да, поехали, – растерянно ответила я и прикрыла глаза. Стоять сейчас рядом с ними обоими было так приятно, прямо как раньше.

Жаль, что все безвозвратно ушло. Возможно, это вообще последний раз, когда они вот так оба рядом со мной.

— Я заеду завтра с бумагами, – лицо Яра стало непроницаемым.

— Завтра? – я трусливо спрятать у Ильи на груди.

— Да, сколько можно тянуть, – Яр с силой пихнул дверь рукой и вышел обратно в сад.

— Завтра, – глухо повторила я сама себе.

— С днем рождения, – Илья плотнее прижимается к моей спине под одеялом и целует в шею.

— Спасибо.

Последние десять лет каждое утро этого дня эти слова говорил мне совсем другой мужчина, которого я тоже очень сильно люблю.

Сейчас мной владеет очень странное состояние, которое я не испытывала с момента ухода из родительского дома еще в юности – оцепенение. Это когда вокруг происходит много всего, окружающие люди смеются, проявляют эмоции, грустят, любят, злятся, а ты не чувствуешь ничего, кроме тупой боли в каждой клетке своего тела. Как будто в один момент внутри оборвались связи между тобой и остальным миром. Не хочется больше ничего доказывать и спорить, все бесполезно. Осталось только обрубить последние хрупкие нити и попытаться собрать себя заново.

— Это тебе, – у меня в руках появляется пухлый разноцветный конверт. «Филиппины. Палаван», – самое красивое место в мире.

Я осторожно провожу по кромке конверта, но не заглядываю внутрь. Все равно не поеду ведь.

— Знаю, сегодня сложный день, – Илья притягивает меня к себе и обнимает, – но мы переживем, я буду рядом и поддержу.

Закрываю глаза и зацеловываю его лицо, губы, вдыхаю родной запах, чтобы запечатать все это в своей памяти. Мой любимый, мой отчаянный мужчина. Как я буду без тебя жить?

— Хочешь еще поваляемся? – Илья забирается под простыню и сжимает мою грудь. Каждое его прикосновение бьёт кожу током. Знаю, вот сейчас он мой, но осталось всего несколько часов до разрыва.

— Нет, через час уже придет Яр, а я хочу еще принять душ, – тихонько отталкиваю Илью от себя и, не оборачиваясь, исчезаю в ванной комнате.

На автомате включаю воду и опускаюсь на дно душевой кабины. Силы совсем меня оставили, но нужно как-то собраться и сделать последний рывок, а потом уже можно будет страдать и терзать себя сколько угодно. Вытираю волосы и неспешно сушу их, рассматривая свое отражение в зеркале. Кожа совсем потеряла свой румянец, я как бледная тень той женщины, которая была живой и счастливой еще совсем недавно. Глаза наполнены печалью, а уголки губ больше не поднимаются. Кому вообще нужно это пугало?