Книга Яблочный август. Песец койоту!, страница 29 – Лина Шамаева

— Всё в руках высших сил мироздания, — склонил голову верховный жрец.

[1] на самом деле, вендиго, но я несколько изменила не только название, но и суть этого злого духа

Леонора

В последние дни у неё всё валилось из рук. Поначалу Леонора списывала своё состояние на перенесённый стресс. Доля правды в этом была, однако она и сама понимала, что откат несоизмерим с произошедшим инцидентом.

Как-никак, она — не кисейная барышня, а сотрудник силовых структур, подготовленный боец. Опять же, чёрный пуховый пояс — его не дают кому попало за красивые глаза.

Медикаментозная терапия, включающая витамины, антидепрессанты и общеукрепляющие микстуры, силовые тренировки, и даже прогулки на свежем воздухе не помогали улучшить самочувствие и боевой дух полевого агента Лаппы. Всё чаще Леоноре казалось, что она забыла или потеряла что-то важное.

Она медленно, но верно скатывалась в депрессию. Врачи разводили руками, коллеги смотрели с плохо скрываемой жалостью, шеф хранил угрюмое молчание.

Промаявшись несколько месяцев, Леонора решила, что дальше так продолжаться не может, и написала заявление на долгосрочный отпуск. Как ни странно, (а может быть, наоборот, закономерно) Люпус Свон не стал отговаривать её и безропотно подписал приказ об отпуске.

— Поедешь куда-нибудь? — как бы между делом поинтересовался шеф.

Честно говоря, иногда его одолевали тревожные мысли. Правильно ли он поступил, скрыв от Леоноры важную информацию? Имел ли он вообще этическое право не сказать ей правду о Кальдере Фросте? Помаявшись в сомнениях, он в очередной раз приходил к выводу, что это было единственно верное решение. Ни Леонора, ни кто-то другой не могли изменить положение вещей, а осознание упущенного счастья умножило бы её тоску.

Он задал вопрос не просто так. У Свона зародились подозрения, что Леонора каким-то мистическим образом узнала про истинную связь и решила отправиться в Хинно к Кальдеру Фросту. Свон полагал, что их встреча не закончится ничем хорошим, а только принесёт ненужные страдания его подчинённой. Однако не в его силах было запретить поездку.

Было и ещё одно обстоятельство. До него доходили слухи, что альфа койотов заключил помолвку. Следовательно, для Леоноры в любом случае было всё кончено.

И теперь он с опасением ждал её ответа.

— Поеду, — кивнула Лео.

— Куда, если не секрет? — внутренне напрягся Свон.

— К морюшку, вы ведь сами говорили, что самый лучший отдых — исключительно на море, — хмыкнула Леонора.

— При условии, что это море — тёплое, — неловко пошутил Свон, не к месту припомнив, что в округе северных койотов тоже есть море.

— Не переживайте, не простыну, — успокоила Леонора, — я еду в Кальяни. Надеюсь, конспиративный дом остался за нашим управлением?

— Остался, — подтвердил шеф, чувствуя невероятное облегчение от того, что она едет совсем в другую сторону.

— Ну и отлично, — изобразила радость Лео, — отдохну, позагораю, малины поем. Вы не представляете, какая там в лесу шикарная малина!

Леонора осеклась, пытаясь понять, чем её зацепило упоминание малины. Люпус Свон украдкой бросил на неё полный сожаления взгляд и преувеличенно бодро подхватил:

— Ну конечно, малина! Твоё любимое лакомство!

— Да-да, — рассеянно кивнула Леонора. — Я, пожалуй, пойду. Ещё вещи нужно собрать.