Книга Этот дракон одержим мной, страница 65 – Екатерина Вострова

Послышался шорох ткани — это Кирон снял сюртук и коснулся моих плеч, накидывая его на меня. Надень. — Его голос был тихим, совсем не похожим на тот рев, что звучал пару минут назад. Холодно.

Сюртук был для меня большим и пах теплом, кожей и еще чем-то терпким. Можешь поднять голову. Здесь безопасно.

Я послушалась. Он смотрел на меня несколько мгновений, словно проверяя, что я действительно в порядке, потом сказал:

— А теперь идем.

Мы свернули в переулок, прошли мимо темных домов. Я снова едва поспевала за Кироном. Наконец впереди показалась скромная повозка без опознавательных знаков, запряженная двумя лошадьми. На козлах сидел возница в темном плаще. Кирон подвел меня к дверце и буквально втолкнул внутрь. Я упала на мягкое сиденье, он забрался следом и захлопнул дверцу.

• Поехали, — бросил он вознице. — Быстро.

Повозка качнулась и тронулась с места.

— Генерал? — донесся голос возницы. — А господина Торна не будем дожидаться? Кирон откинулся на спинку сиденья.

Сам дойдет. Ему полезно прогуляться.

Это твоя повозка? — спросила я тихо. — Неужели ты все это спланировал? Спланировал, что мы с тобой найдем старый туннель, ведущий от твоего дома до борделя, и

застрянем там? — Его губы дернулись в подобии улыбки. — Нет, Ариэлла, этого я не планировал. — Он выпрямился, провел рукой по лицу. — Но да, я знал, что Кассиан придет сегодня в Полуночный сад под моим именем. Он должен был собрать информацию… кое о чем.

Я молчала, переваривая его слова.

Мама уже наверняка открыла библиотеку и ищет нас. Мне нужно поскорее вернуться, — сказала я. Не сейчас, — отрезал Кирон. Его взгляд скользнул по моей сорочке и испачканному лицу. — Сначала нужно привести тебя в порядок, а мне — явиться с докладом во дворец. Не переживай, мои слуги умеют держать язык за зубами. Они помогут тебе переодеться и умыться, а потом я решу, что делать дальше. Я невольно напряглась. Как он решит? Ясно же, что мне срочно нужно будет домой. Но спорить не хотелось, я слишком устала, а потому просто промолчала. Домой в таком виде и правда нельзя. Повозка мчалась по ночным улицам, тишину нарушал только стук копыт. Извини.

вдруг произнес Кирон тихо.

Я подняла на него удивленный взгляд.

— За что? За то, что тебе пришлось через это пройти. За то, что тебе пришлось раздеться. Пачкать лицо, притворяться… — Он сжал кулаки, — притворяться девушкой из борделя. Слушать, как тебя обсуждают. Как Сорен и Форсун рассуждали о твоей невинности…

— его голос сорвался на последних словах.

Кирон…

— А потом эта Изольда, — перебил он, — это ее: «Она ваша!» Как будто она имела право тобой распоряжаться. Боги, Ариэлла, ты не представляешь, как мне хотелось сжечь то место вместе со всеми, кто смотрел на тебя, кто думал… Он резко замолчал и отвернулся к окну.

Я смотрела на его напряженную спину, на сжатые кулаки, и видела, как он злится на себя, на ситуацию, на них.

Это не твоя вина.

Моя. — Кирон не оборачивался. — Я должен был остановить тебя, не пускать в тот проклятый туннель. Прости.

Он повернулся и притянул меня к себе. Я почувствовала тепло его тела и запах, тот самый, чтс пропитал сюртук. Кирон положил подбородок мне на макушку, и я замерла. Извини, — прошептал Кирон в мои волосы. — Мне так жаль…

Я просто сидела, прижатая к его груди, и слушала неровное сердцебиение. Так, обнявшись, мы и доехали до дома Кирона.