Книга Непокорная. Невеста Севера, страница 107 – Валентина Элиме

Я кивнула, хотя решение насчет пленниц так и не приняла. Честно говоря, мне было не до них. Все мысли были о Хальдоре.

Остаток дня тянулся медленно. Я попыталась заняться хозяйством, проверить запасы, отметить что нужно в первую очередь, а что может подождать, но с мыслями была далека от дел. Йорин пыталась развлечь меня разговорами, но отвечала я через раз и то нехотя. Я то и дело поглядывала на дверь, ожидая, когда вернется конунг.

Но Хальдор не вернулся в опочивальню ни к обеду, ни к вечеру. Только когда солнце уже начало клониться к закату, в дверь постучали.

— Кюна, – один из близнецов заглянул в опочивальню. – Конунг просит вас пожаловать в бражный зал. Совет ожидает только вас.

— Наконец-то, – выдохнула я, чувствуя, как внутри поднимается облегчение. – Идем.

В бражном зале было людно. Ярлы, воины, мой хирд, старейшины – все те, кто имел право голоса, сидели за длинным столом. Хальдор восседал во главе, и при виде меня его лицо осветилось улыбкой.

— Иди ко мне, огненная, – он протянул руку, и я заняла место по правую руку от него. Торвальд сидел за столом вместе со всеми.

— Я собрал вас всех, чтобы решить несколько важных вопросов, – начал Хальдор, обводя взглядом присутствующих. – Первый касается камня, который нашла моя жена. Слезы Одина.

По залу прошел шепоток. Не все знали об обсидиане.

— Фрейя, – конунг повернулся ко мне. – Души наших предков указали тебе на это месторождение. Ты первая нашла камень. Ты предложила способ его добычи и использования. Поэтому решение о том, что делать со слезами Одина, должна принять ты.

Я замерла, совершенно не ожидала такого поворота.

— Но, Хальдор, – начала я, чувствуя, как ярлы уставились на меня. – Я только нашла камень. Он принадлежит Туманному фьорду, твоему народу. Я не хочу одна принимать такое решение.

— Именно ты должна его принять, – твердо сказал конунг. – Боги выбрали тебя. И я не собираюсь оспаривать их волю.

В зале зашумели. Кто-то возмущенно зашептался, кто-то согласно кивал.

— Тогда пусть это будет общее решение, – нашлась я что ответить.

Многие присутствующие в бражном зале были согласны со мной.

— Хорошо, – Хальдор кивнул. – Тогда вот мое предложение. Одна часть слез Одина пойдет на нужды фьорда. Вторую часть пустим на продажу в другие земли. А другая часть, скажем, десятая доля, будет откладываться отдельно. Эти камни и выручка от их продажи будут принадлежать только Фрейе. Она сама будет распоряжаться этими деньгами. И только кюна будет решать на что их тратить, на личные нужды или на что-то другое. Если она захочет уйти из Туманного фьорда, она заберет их с собой.

В зале повисла тишина. Все переваривали услышанное, а потом начался настоящий шум.

— Это неслыханно! – воскликнул Астор, поднимаясь на ноги. – Отдавать такие богатства в руки женщины, да еще и чужачки!

— За что такая щедрость девице из Мидгарда? Чтобы она уничтожила нас?

— Она не чужачка, – голос Торвальда прозвучал негромко, но его услышали все. – Фрейя прошла обряд, ее приняли духи предков. Она доказала свою верность фьорду, когда не ушла с посланниками отца. Она рисковала жизнью, чтобы спасти конунга. Она придумала, как пройти через Ледяные пустоши. И именно ей души наших умерших родных указали на слезы Одина. Ни одному из нас, а ей. Что сделали вы, ярлы, пока она одна сражалась за наше будущее?