Книга Имя демона, страница 8 – Эйрин Фаррон

Кьяра закатила глаза.

— Очень смешно.

Она все же аккуратно взяла чашку – горячо! Сделав осторожный глоток, девушка нехотя признала внутри себя, что кофе оказался превосходным. Вздохнув, она поняла, что окончательно потеряла всякое понимание происходящего, ведь демон, который спасает охотницу, варит отличный кофе и предлагает сотрудничество, никак не вписывался в ту картину мира, с которой она жила последние два года.

Снова вздохнув, Кьяра взяла круассан и потянулась за ножом, чтобы намазать масло. Подумать только, она завтракает в компании самого заклятого врага любого ватиканского охотника! И как теперь смотреть в глаза отцу Маттео?!

Четырьмя днями ранее

Подошвы тяжелых ботинок выстукивали ровную дробь по натертому до блеска мраморному полу. Вокруг царил мягкий полумрак, а коридор, который заполняла почти благоговейная тишина, был освещен янтарно-желтыми тусклыми светильниками. На стенах висели портреты каких-то людей, все они были подписаны, однако Кьяра шла мимо, не останавливаясь и не читая об очередном знаменитом ватиканском охотнике. Ее вызвал к себе отец Маттео, сказал, чтобы она прибыла как можно скорее, а его просьбы девушка привыкла выполнять беспрекословно. Поворот коридора остался позади, двое молодых послушников поспешно уступили ей дорогу и зашептались:

— Это она?

— Да… та самая Альберти.

— Говорят, за прошлый месяц семь изгнаний.

— Восемь.

Кьяра услышала их, но даже не обернулась, ведь давно привыкла к подобному. Одни смотрели на охотников с восхищением, другие – как на прокаженных. Первые считали их героями, а вторые – людьми, слишком близко подошедшими к границе ада. Обе стороны ошибались, ведь работа охотников была куда прозаичнее. Большинство демонов умирало молча, впрочем, как и большинство охотников. Вспомнив об этом, Кьяра по привычке поправила ремень тренча. Она быстро научилась одной простой вещи: если люди начинают говорить о тебе слишком много, значит, ты пока еще жива.

Лица с портретов смотрели девушке вслед, и иногда она все же цепляла взглядом имена и некоторые черты. Монах в черной рясе, «Брат Августин. 1493 год», погиб во время изгнания. Следующий изображал совсем молодого парня: «Брат Витторио. 1569 год», уничтожен демонами. Ему был всего двадцать один год. Следующий портрет – женщина, последняя монахиня корпуса, после которой правила поменялись.

Особый отдел корпуса ватиканских охотников располагался в отдельном корпусе на территории Ватикана. Случайных людей здесь встретить было попросту невозможно: те, кто никаких связей с охотниками не имел, предпочитали обходить этот корпус стороной. Верующие не слишком жаловали тех, кто постоянно контактировал с демонами, хотя и понимали, что охотники делают благое дело. Подливал масло в огонь нетерпения еще и тот факт, что среди ватиканских охотников оказывалось очень мало истинно преданных церкви людей. Большая часть из них, за очень редкими исключениями, были совершенно светскими людьми, хотя они и обладали «божественной», как пропагандировала церковь, силой.

Кьяра тем временем остановилась перед двустворчатой резной дверью, одной из многих в этом коридоре. Блестящая позолоченная табличка, размещенная на уровне глаз, гласила: «Маттео Раттацци». Постучав, Кьяра толкнула дверь, и та, несмотря на визуальную тяжесть, легко поддалась. Едва девушка переступила порог, отец Маттео поднял голову от документов, которые заполнял вручную, и улыбнулся. Это был мужчина лет шестидесяти с густой копной аккуратно уложенных седых, почти белых волос. Поговаривали, что в молодости он был настоящим красавцем, да и в пожилом возрасте сумел частично сохранить эту красоту: на лице почти не было морщин, ярко-голубые глаза сияли за полукруглыми стеклами очков, а высокие скулы, сильный подбородок и орлиный нос придавали чертам особую твердость и силу.