Книга Клан теней, страница 79 – Эйрин Фаррон

Ларри отпустил плечо Фабиана; тот сидел согнувшись и скрыв лицо руками. Ларри чувствовал, будто лишился способности дышать. Все мысли словно разом испарились, и их место заняло непонимание. Лиза ему очень нравилась, и представить ее мертвой у него никак не выходило. Чушь какая-то, бред! Не может этого быть! Она погибла, спасая Фабиана… Меньше всего Ларри хотелось бы выбирать между ними. Он так резко встал на ноги, что потемнело в глазах. Ничего не сказав, Ларри устремился к выходу, бросив друга в гнетущих одиночестве и тишине.

Фабиан еще какое-то время просидел на месте, а затем тоже поднялся и, пошатываясь, направился вдоль рядов скамей к роялю. Он остановился рядом с музыкальным инструментом и провел по блестящему гладкому корпусу кончиками пальцев. Немного поразмыслив, Фабиан сел и нажал несколько клавиш. Давненько он не играл, но руки быстро все вспомнили.

В тишине церкви раздались несколько разрозненных нот. А затем полилась мелодия в тональности «ми минор»: ми, ми, ре, соль, ре… Композиция называлась «Au revoir^[8]». Слова, что не получилось произнести вслух, воплотились в музыку.

«Прощай, – думал Фабиан, даже не замечая, как перебирает клавиши инструмента. – Ты знала, как я не хотел этого, совсем не хотел. Говорил тебе, беги отсюда, уезжай. А ты осталась. И теперь я жив, а ты нет…»

Музыка оборвалась. Фабиан встал и направился к выходу, не оглядываясь. Скрипнула дверь, и храм опустел. Лишь эхо сыгранной мелодии звенело под сводами старинной церкви.

После трагического события Фабиан не нашел в себе сил явиться на работу. Проснувшись утром в своей спальне, он просто не стал подниматься с кровати. Ему не хотелось ничего делать, не хотелось куда-то идти. Даже думать о чем-то не было никакого желания. Проходили часы, утро сменилось днем, день вечером, а вечер ночью. Фабиан совершенно потерял счет времени, потерял ощущение реальности. Лишь изредка физиологические потребности тела напоминали о том, что он все еще жив.

Следующие два дня этот круг повторялся. А на исходе третьего в дверь позвонили. Вечер к тому времени укутал улицы мраком, стемнело и в квартире. Фабиан проигнорировал звонок, слабо надеясь, что незваный гость уйдет, но резкий звук снова разорвал тишину. Усилием воли поднявшись с кровати, он медленно натянул домашнюю одежду и шаркающей походкой, ссутулившись, вышел в прихожую. Открыв дверь, на пороге увидел Вэла.

— Привет, Фаб. Можно войти?

В течение нескольких секунд Фабиан рассматривал своего наставника, раздумывая, пустить его или отправить восвояси, но в конце концов молча отошел. Вэл вошел в квартиру и закрыл за собой дверь, а затем поискал выключатель, чтобы зажечь свет. Фабиан зажмурился и прикрыл глаза рукой.

Вэл окинул ученика взглядом, подумав о том, что выглядит тот просто ужасно, но вслух этого произносить не стал.

— Как ты вообще? – поинтересовался он.

— А как я еще могу быть? – Голос прозвучал хрипло после дней нерушимого молчания. – Ты за этим пришел, Вэл?

Шеф молча прошел в гостиную, и Фабиан потащился за ним, потирая небритый подбородок.

— Я пришел за тем, что от тебя не было ни весточки за последнее время. Я волновался, – ответил Вэл.

— Ты волновался, – передразнил Фабиан. – Не нужно вести себя так, будто ничего не произошло, Вэл!