Книга Гамбит Бессмертных, страница 112 – Эйрин Фаррон

— Я ничем тебе не обязан, – холодно отозвался колдун, неправильно поняв ее слова.

— Только одной вещью – не решать за меня. Я нравлюсь тебе, Стас, даже больше, чем нравлюсь, ведь иначе ты бы никогда не впустил меня в свой дом, и уж тем более между нами не было бы секса, и я бы не ночевала в твоей квартире. Но потом ты вдруг очнулся и решил, что я должна обо всем забыть и от всего отказаться, просто потому, что ты так хочешь!

— Я уже сказал тебе, что ошибся!

— А я уже сказала, что я не твоя жена! Хватит, Стас! Пора оставить страхи позади и двигаться дальше!

— Я не могу! А ты не понимаешь! – воскликнул он, и в голосе его отчетливо сквозило отчаяние.

Повисла пауза, Женя и Стас смотрели друг на друга. Девушка дрожала от гнева и ярости, а колдун будто превратился в холодный камень. Что ж, похоже, все закончилось, не успев начаться. Внезапно Женя, сорвавшись с места, выскочила в коридор, быстро обулась и выбежала из квартиры, в которой так стремительно родилось и столь недолго прожило ее счастье. Слезы в одночасье застлали глаза, а впоследствии она так и не поняла, от чего именно они пролились – обиды, боли, несправедливости или всех этих чувств разом.

Стас не пошел за ней, даже не окликнул.

29 июня 2024 года, Калининград

Евгения

Ноги сами несли Женю по пустынной утренней улице спящей Сельмы. Слез уже не было, они все как будто вылились разом, когда она спускалась на лифте и потом бежала от дома Стаса как можно дальше. Девушке казалось, что ее душу уносит тягун^[8], только вместо воды бурлили эмоции: злость, обида и гнев. Бороться с ними было бесполезно, и Женя просто позволила им себя обуять.

И слезы вызывало вовсе не то, что Стас будто просто использовал девушку, в сущности, она тоже очень хорошо провела время, так что кто еще кем воспользовался. Больнее ранил факт, что, несмотря на взаимность их симпатий, из-за глупых страхов Стас не захотел продолжить близкие отношения. И все, что Женя сказала ему, словно бы прошло мимо его сознания. Он не желал ее слышать и слушать, и осознание этого причиняло еще большую боль.

Разум твердил, что такой человек не для нее, но рациональность всегда проигрывала чувствам. Стас был ей нужен, но Женя не знала, что теперь делать, когда все карты раскрыты, но двое не могут быть вместе. Как им теперь работать? Высшим уровнем профессионализма было бы вести себя как ни в чем не бывало, но колдунья сомневалась, что сможет. Она решила пойти к Муромцеву и просить перевода в другую команду, как только будет закончено расследование по делу Красы и Серого.

Девушка остановилась, чтобы сориентироваться, и поняла, что находится на пересечении улиц Гайдара и Горького. Перепутье – как символично! Разве что не хватает Вещего камня с надписями, не сулящими ничего хорошего. «Назад пойдешь – себя потеряешь», – невесело подумала Женя. Хотя там ее никто и не ждал, так что и терять было нечего. Светофор на перекрестке зажегся зеленым и запищал, но колдунья не торопилась ступать на переход. «Что дальше? Можно мне какой-нибудь знак, пожалуйста!» – промелькнула почти паническая мысль.

И внезапно, словно в ответ на ее просьбу, смартфон Жени издал мелодичный звон. Первые несколько секунд девушка даже не хотела смотреть на экран – вдруг ей решил написать Стас? Но потом все же вытащила телефон из кармана и поднесла к глазам. Писала – вот это да! – старая школьная подруга Мила. Когда-то девушки вместе учились в одном классе и сидели за одной партой. После выпускного их пути разошлись, Женя поступила в Училище УСК, а Мила – на факультет сервиса, и их общение стало редким, но все же не прекратилось совсем.