Книга Школа благородных девиц Терезии Ольденбургской 3, страница 10 – Елизавета Соболянская, Юлия Ляпина

Девочки задумались. Те, что посообразительнее вспоминали первый приезд на дачу, и начали робко поднимать руки:

— Софья! — разрешила говорить Александра.

— Побелить печи?

— Верно! Еще?

— Высушить перины! — пискнула Акилина. Она как дочь купца быстро свела воедино весеннюю уборку и просевший старый дом.

— Правильно! Еще?

Собрав из дюжины ответов пяток верных, Александра подозвала Авдотью Павловну и попросила ее объяснить девицам, что и как делается в «зимнем» доме.

— В первую очередь все окна раскрыть, чтобы сырость побыстрее выгнать, — сказала экономка. — Проверить подвал и чердак — нет ли птичьих или крысиных гнезд. Все убрать, да не руками, а палками, и сжечь. Проверить печи, и если тяга нормальная, труба сажей али гнездом не забита — подтопить слегка, изгоняя сырь.

Девочки слушали внимательно, а кое-кто и записывал карандашиком в памятную книжку — эту практику Александра ввела в старшем классе, подарив каждой девочке по небольшой тетрадке на шнурке и по карандашу.

— Если день солнечный, все одеяла,перины и подушки вытащить на солнцепек, просушить, прохлопать, проверить чехлы. Сенники вытрясти, постирать, погладить, набить свежим сеном.

Девочки старательно конспектировали, а горничные готовились выполнять все, что перечисляла экономка.

— Все, что в шкафах залежалось тоже сушить, а коли пятнами от сырости пошло — кипятить. Кухню и печи белить свежей известью, с купоросом от насекомых и плесени. Посуду кипятить в щелоке. Столы и лавки скрести и обдавать кипятком. То же самое в бане. Ретираду белить, засыпать свежей известью, а ежели полна и вывезти некуда — велеть новую яму копать и ретираду ставить.

Тут уже и прихваченные с собой истопник и дворник зачесали в затылке. Ретирада у «дачи» была полна, так что ставить новую придется, как ни крути.

— А как все отмыто будет, следует сразу обед готовить, чтобы всех сытно накормить, да баню истопить, чтобы после уборки все помылись как следует и спать легли на чистое чистыми.

Барышни захлопали. Авдотья Павловна приосанилась и повела свою маленькую армию отмывать дом.

Преподаватели вместе с пансионерками устроились в запущенном саду, на раскинутых парусиновых чехлах и принялись набивать сеном те самые мешки, пошитые весной — чтобы сделать из них тюфяки.

Все же почти семьдесят человек разместить на кроватях не получалось даже в просторном барском доме, так что для сна выделили всю «летнюю» половину, расстелив сенники прямо на полу, оставив немногочисленные кровати женщинам и пожилым преподавателям.

В самой большой хозяйской спальне разместили Александру. На ее попытку отказаться от такой чести Медведев терпеливо объяснил, что она тут на данный момент самое большое начальство. Приедет герцогиня, пожелает переночевать и Саша уступит ей свою комнату — в знак почтения. А пока никто не поймет такого странного демократизма.

Александра вздохнула и согласилась.

Хозяйская спальня ей совсем не нравилась, но престиж, «noblesse oblige» и прочее. Что ж, назвалась директрисой — терпи! И составляй планы на лето. Отпуск с этой должности не предусмотрен!

Полная отмывка дома заняла три дня, но спать «чистые на чистом» разместились уже в первую ночь.

На рассвет дети умывались росой — «одна старушка из деревенских нашептала», пили чай с молоком и шли заниматься гимнастикой. Сонные тела ленивые и не гибкие разминались, обретали силу и грацию, так что через час, облившись чуть теплой водой в бане, и сменив сорочки будущие великие магички с аппетитом уплетали завтрак.