Книга Школа благородных девиц Терезии Ольденбургской 3, страница 32 – Елизавета Соболянская, Юлия Ляпина

Родители были уверены, что барышня пишет картину в роще над рекой, или болтает там с подругами над корзинкой с булочками и ранними яблоками.

Когда им сообщили, они даже не поверили, но увидев тело мать утопленницы упала в обморок, а отец впал в полную растерянность, отказываясь верить в то, что перед ним его дитя.

Генерал Медведев сделал все, что полагалось по закону и даже сверх того — он выделил телегу, солому, рогожу и слуг вынувших тело из воды, а потом сам заверил и подписал бумаги, и все равно к семейству Медведевых остались вопросы — как девица очутилась в реке, и почему ее нашли возле Медведково, если поместье ее родителей Горки находится ниже по течению?

Вот потому все и сидели за столом в напряжении, игнорируя поданные блюда.

Общую тоску разбила Александра. Она поставила чашку, и посмотрела на прапорщика:

— Ефим Александрович, а какой институт окончила барышня Коломийцева?

— Вам не понравится мой ответ, Александра Николаевна, — вздохнул Медведев-младший, — Павловский.

— Действительно не нравится. Однако мы и так знаем, что барышня утонула не сама, ей кто-то помог. Если она вернулась в отчий дом совсем недавно, значит познакомиться с кем-то настолько близко, чтобы поехать кататься в лодке не успела…

— Кататься в лодке? Вы уверены? — удивилась Ольга Алексевна.

— Девушка в летнем платье, в шляпке, с лентой от парасоли на запястье, но при этом в парусиновых туфельках, которые легко сбросить в воде, — сказала Саша, — если бы барышня шла на прогулку в рощу или на холм, она надела бы ботильоны. К тому же… барышня выросла в этих краях и наверняка умела плавать. Или хотя бы знала, что тяжелая одежда и обувь могут утянуть на дно.

Мужчины задумчиво переглянулись.

Генерал посмотрел на невесту сына и явно хотел было что-то сказать, но перевел взгляд на Ефима Александровича и передумал. Александра едва заметно сжала губы, перехватив этот обмен взглядами.

Да, дамам, а тем более девицам неприлично было обсуждать такие вещи за столом, но ситуация накалялась. Если в Петербурге пойдут слухи, что возле поместья в котором гостила Саша погибла барышня из Павловского института…

Еще раз вздохнув, Александра сама подняла за столом эту тему. Напомнила про спор, подтвержденный ее величеством, рассказала, почему носит целые связки амулетов, аккуратно маскируя их одеждой, и чем для нее может закончиться затянувшееся расследование.

— Вам Александр Андреич лучше многих известно, как может повлиять репутация на карьеру. Одно неверное слово и герцогине Ольденбургской придется меня уволить ради мира в семье или репутации школы. А у меня девочки, получившие шанс занять свое место в жизни, сильные магички, полезные государю и отечеству! Как бы пафосно это не звучало!

Откинувшись на спинку стула, Саша отпила остывший чай и тут же извинилась:

— Простите, Александр Андреевич, за патетику, уже почти год я живу под ежедневным давлением и пристальным вниманием людей, которым наплевать на детей и даже на меня. Иногда мне кажется, что ими движут злость и любопытство, как маленькими испорченными детьми. Надеялась отдохнуть в отпуску, но даже долгая поездка оказалась напрасной.

— Не слишком ли вы преувеличиваете собственное значение, мадемуазель, — прищурился генерал, — зачем брать на себя чужие грехи? Девица утонула по неосторожности и только. Слухов не будет, в провинции умеют хранить секреты.