Книга Дракон с условиями. Целительницу не предлагать!, страница 46 – Любава Ливада

— Я знакома с тобой один день, Эдгар, племянник императора. Самому не смешно от чуши, которую ты мне наплёл?

— Маритушка, драконы не врут. Они или молчат, или говорят правду.

— Может, ты не дракон? — прищурилась я, освобождая мужскую грудь от бинтов.

— Конечно, дорогая, я твой больной. Так ты меня обычно называешь.

— Если бы я не применила бы свою магию, глупый… — начала я, но Эдгар меня перебил:

— Тогда бы я погиб. Цветочек, меня ранили особым артефактом. Мне повезло, что мне помог такой сильный маг, как ты.

Он еще и издевается. Интересно, что мне светит, если я случайно наврежу представителю драконьей крови? Зря отпустила Анну. Драконовед мне бы сейчас пригодился. Мужчина смотрел на меня с ехидной улыбкой. Мой внутренний чайник не выдержал, вскипел, и я вспылила:

— Эдгар, я — пустышка! И если ты еще раз вспомнишь об этом, тогда жди беды.

— Используешь мазь не по назначению? — предположил больной.

— Хуже, — я сильно дернула прилипшие к коже бинты, мужчина аж скукожился от неожиданности, а я продолжила, — горстка магии и возможность лечить других — мое предназначение и отдушина. Если меня лишат этого из-за тебя, то я тебя…

Я провела пальцем по присохшей крови, огибая окровавленный след. Грудь Эдгара тяжело поднималась, а я завороженно вырисовывала на его груди рисунки, которые появились вокруг ранения.

Его полостная рана, причиненная острием стрелы, изменилась. Вокруг нее разрослись кровавые паутины. Они словно собирались в какой-то незамысловатый текст — послание.

— Марита, все в порядке? — уточнил дракон.

Я наклонилась к столику и достала небольшое зеркальце, развернула его дракону.

— Вокруг твоего ранения какие-то странные узоры, — неуверенно пояснила я, слегка заикаясь. — Это нормально для таких, как ты?

— Для мужчин, раненных в сердце?

— Для драконов, — сглотнула я, прикусывая нижнюю губу.

— Не волнуйся, дорогая. До свадьбы заживет, — усмехнулся больной. — Можешь мазать своей чудо-мазью и перевязывать рану.

— До чьей свадьбы заживет? — не знаю почему, спросила я. — До твоей?

— До нашей, — подмигнул дракон.

Я сделала шаг назад, собираясь с мыслями.

— Цветочек, какое ты еще дитя. Выражение такое есть. Скоро, очень скоро затянутся все раны.

Я пригрозила пальцем больному и предупредила:

— Ты мне тут брось, целителю под руку всякие глупости нести! Со стороны порядочный человек! С остроколющим ранением в грудь, а на деле… — я замахнулась кулаком, сдерживая порыв не врезать этому чешуйчатому хорошенько. — Я так могу совершенно случайно мази перепутать и вместо заживляющей мази нанести хороший такой слой крема от облысения. Как ты думаешь, тебе бы пошла волосатая грудь?

— Цветочек, поверь мне на слово и не переводи свои драгоценные мази ради эксперимента. На драконьих грудях волосатость отсутствует априори.

— Априори? — уточнила я. — Только на груди? — сама не зная, почему уточнила я.

— Во всех стратегически важных местах волосы растут. А ты не успела разглядеть?

Мои щеки залились румянцем. Перед глазами возникло воспоминание, как я, по наставлению горшочка, искала отличительные знаки на стратегически важных местах дракона.

Я оставила вопрос без ответа. Нанесла мазь и принялась быстрее перематывать рану. Когда бинт почти закончился, я, вспоминая целительский кодекс, дала рекомендации: