Книга Дракон с условиями. Целительницу не предлагать!, страница 91 – Любава Ливада

Я спрыгнула с дракона и подбежала к дядюшке, стала искать пульс, которого не было. Подняв голову вверх, я заметила, как теневой дракон замер у окна наследника.

— Эдгар, маленький принц!

Муж осторожно отпустил красного дракона и велел скорее занять место на его спине. Я побежала как можно быстрее по его крылу. Эд мгновенно рванул стрелой вверх, возвышаясь над крышей.

— Приготовься. Трансформируюсь.

В одно мгновение огромный дракон трансформировался в моего мужа. Мы вместе с ним осторожно скатились по крыше, прямиком на балкон, ведущий в покои, где спал наследник.

— Только без глупостей, Цветочек! — предупредил меня супруг, снимая защитные знаки с двери и входя внутрь. Там стояла моя тетушка, удерживающая в руках крошечного младенца, разрывающего от плача. Вокруг ее ног лежали мертвые служанки и несколько стражников. Все они были задушены, судя по характерным следам на шее. — Марита, хватит думать о целительстве, тут нужно жизни спасать.

Высокий и тощий мужчина, блондин в длинном плаще, стоял на расстоянии нескольких десятков шагов от тетушки, которая кричала:

— Одумайся! Ты еще можешь исцелиться!

— Есть только один способ избавиться от меня.

Да, и я его знала. Было одно заклинание, которое мы нашли в записях моей матушки. Оно было рискованное, но могло подействовать и все изменить.

Я взяла в ладонь свой амулет в форме открытого цветка и прошептала заклинание, рисуя второй рукой определенный набор знаков, которые обычно использовали целители при лечении несварения. Тени в этом драконе засели настолько глубоко, что утром, при отработке этого маневра, Лея Фриц предложила заменить один знак на другой.

Адо Тирский схватился за живот и повернулся к нам. Какой он был страшный! Впалые щеки и серая кожа, словно как у живого скелета, и яркие зеленые глаза, такие же, как были у его отца.

Мужчина стал кашлять: из носа, ушей и рта полились потоки теней. Адо Тирский, обессиленный, упал на пол, но зато рядом с ним появилась теневая фигура с жуткими зубами. На такой расклад событий мы не рассчитывали.

Я попыталась бросить в нее хоть что-то, но моя попытка закончилась полным бессилием. Из носа текла кровь. Эдгар поймал меня у самого пола, осторожно оттащил в сторону, сам бросаясь на теневого монстра. Они завопили, приняли форму какого-то страшного зверя с телом осьминога и головой крокодила. Несколько резких выпадов теневыми челюстями терпел муж, накладывая защитный купол на тетушку и младенца.

Моя жизнерадостная Тэофания Митч плакала, крепко прижимая к себе плачущего младенца, пыталась его успокоить.

— Ты отказался от нас, дракон. Ты унизил нас, дракон! — шипели тени, царапая спину мужа. Он пустил несколько огненных сфер в тень, но та лишь рассмеялась в ответ.

Я попыталась еще раз сплести заклинание, но не могла даже поднять руки или открыть рот. Я лежала словно овощ и наблюдала за самой страшной картиной в своей жизни. Неужели два моих самых

любимых человека и невинный младенец сейчас погибнут? В чем справедливость? Почему я не могу ничего сделать?

В тот самый момент, когда отчаяние достигло апогея, все стихло, кроме плача младшего принца. А я все-таки лишилась сознания.

Проснулась я в лечебнице. У моей постели сидел, перевязанный, Эдгар.

— Мои чулки вместо бинтов смотрелись лучше, — натянула улыбку я.